— Не беспокойся, — перебила я брата. — Буду паинькой.
Единственное, как он мог отреагировать на сказанное — закатить глаза, намекая, что эта форма поведения моими заводскими настройками не была предусмотрена.
Он это и сделал. Впрочем, перевести все в шутку не получилось, взгляд Стаса остался серьезным.
У меня, кстати, тоже. И брат это понял, никак не прокомментировав мои слова, скрылся за дверью, соединявшей наши квартиры.
Я в коридоре тоже не задержалась. Вернувшись в спальню, взяла оставленный там телефон, однако набирать номер — первой собиралась звонить Ольге, не торопилась. Выйдя на балкон, присела в стоявшее там кресло.
Седьмой этаж.
Высоты я не боялась, просто относилась к ней настороженно-уважительно, постоянно держа в памяти, что каждый метр вверх от земли увеличивал силу стихии воздуха вдвое.
Учитывая мою чувствительность к ней, я предпочитала, чтобы нас разделяла надежная преграда.
Стас о моей «слабости» знал, так что балкон был частично забран деревянными панелями и качественными стеклопакетами, открытыми ради лета, но прикрытыми сеткой типа «антикошка». Пусть и немногим, но более надежно, чем просто антимоскитная.
Впрочем, «антикошка» появилась не просто так — о мурлыке мы разговор вели, правда, без особого результата. Я была больше собачницей, относясь к кошачьему племени, как к некоей необходимости, без которой не обойдется ни один нормальный дом. По-крайней мере, так, пока была жива, говорила мама, а я с ней соглашалась.
А вот Стас был именно кошатником, но никак не мог остановиться на породе. Хотел все и сразу, так что пока не срослось. Наверное, к лучшему. В нынешней ситуации одной проблемой оказалось бы больше.
Эта мысль надолго меня не отвлекла, вот только набрать номер Ольги я все равно не успела. Телефон зазвонил раньше.
— Слушаю, — невольно улыбнулась я, прочитав высветившееся на экране имя, — Тимур Мидхатович.
— Здравствуй, Анечка! Здравствуй, свет моих очей, — масляно-сладко отозвался тот. — Как же я соскучился по твоей улыбке…
Слегка отодвинув аппарат от уха, иронично хмыкнула. Сколько лет знакомы, а каждый разговор, как испытание. Если вовремя не остановить, сметет лавиной красноречия.
И ведь не красавец — к своим сорока пяти взамен спортивной подтянутости приобрел некоторую сутулость и весьма добротный животик, но сохранил даже не харизму, а мачизм, привлекавший к нему представительниц прекрасного пола всех возрастов: от девиц, до матрон. Ему достаточно было открыть рот и посмотреть своим фирменным взглядом, как они готовы были пасть к его ногам и самостоятельно, без постороннего участия уложиться в штабеля.
При этом директор конторы, в которой я работала бухгалтером, был абсолютно верен супруге, что казалось совершенно невероятным, если учесть количество дам, буквально жаждавших оказаться на ее месте.
А еще он был умен. Причем ум у него был сродни дару, потому как произрастал скорее не из логики, а из интуиции. Как он говорил, шел от души.
— Тимур Мидхатович, — привычно прервала я его славословия, — время — деньги. Или вы готовы платить за сверхурочные?
— Ну вот, Анечка, — я прямо увидела, как он нарочито тяжело вздохнул, при этом хитро прищурившись. Мол, фиг тебе, а не сверхурочные, — не дала старику насладиться общением с молоденькой красоткой.
Теперь пришлось вздыхать мне. Главное — сдержаться и не напомнить, что до старика ему еще ой, как далеко.
Я — сдержалась. Поднявшись, подошла ближе к краю балкона.
Вид из окна был приятным. Дома высотные, но застройка не плотная, так что взгляд не упирался в окна соседней многоэтажки.
— Анечка? — не дождавшись моих возражений, вроде как всполошился Тимур Мидхатович.
— Здесь я, здесь, — улыбнулась я.
Иногда человеку для счастья нужно немного. Просто быть здесь и сейчас. А все остальное…
Проблемы при таком отношении к ним никуда не девались, просто переходили в разряд требовавших решение задач.
— Ладно, — уже другим тоном заговорил Тимур Мидхатович, — если серьезно, то не могла бы ты завтра с утречка заглянуть в офис? Часикам к одиннадцати.
Гадать, ради чего шеф решил вытянуть меня из дома, я не стала. Нечто подобное случалось уже не раз.
— Новый клиент? Мутный?
— Вроде нет, — согласился Тимур Мидхатович с первым, но не со вторым. — Но контракт намечается крупный, не хочется попасть впросак.
— А Лева?
Лева — наш штатный ангел-хранитель, один из первых заместителей главного паука информационной паутины. Если он чего-то не мог найти, значит, этого просто не существовало.