Ответ Владимиру Николаевичу явно не понравился, но от комментариев он воздержался. Прихватив с подоконника блокнот и ручку, вернулся за стол. Дождавшись, когда Игнат развернется, поинтересовался:
— Кто и что тебе предложил?
— Генерал Мирошниченко, — ответил Игнат, недобрым словом помянув бывшего начальника. — Утверждает, что под нее готовы создать отдел. Мне предлагают его возглавить
— Чушь! — Владимир Николаевич открыл блокнот на чистой страничке.
Нарисовав в центре несколько окружностей и обозначив их непонятными Игнату математическими знаками, добавил к ним обозначающие связи стрелки. Затем разделил страничку на две части вертикальной чертой. Написал в одной из них довольно громоздкую формулу. Напротив, в другой, еще одну. Потом добавил в каждый столбец еще по паре.
— Виталька имеет к этому отношение? — не опасаясь сбить отца с мысли — это было невозможно, уточнил Игнат.
Вероятность того, что он влез в более серьезную игру, чем просто желание руководства МВД заиметь себе человека с уже доказанными неординарными способностями, теперь, в рамках общения с отцом, выглядела вполне возможной.
— Скорее — да, чем — нет, — «порадовал» его Владимир Николаевич. — Серебряков решил помочь тебе отсидеться? — заполнив формулами и вычислениями всю страничку, посмотрел он на него.
Два числа, в одном столбце — восемнадцать, в другом — сорок четыре, обведенные несколько раз, Игната смущали.
Но еще более смущал взгляд отца. Тяжелый. Смурной.
— Да, — переплетя пальцы, положил Игнат руки на стол. — Он дал контакты надежных людей…
Закончить ему не дал звонок.
Как раз одного из них.
За Ольгой заехали, как и обещали, в десять.
Вопреки ожиданиям, она была уже не просто готова, но и стояла внизу, у подъезда, в окружении двух одинаковых дорожных сумок, лежавшего на скамейке рюкзачка и удивительно дисциплинированно сидевшего у ее ног французского бульдога.
А еще подруга была одета так, как и договаривались, неброско и удобно. Джинсы, футболка, тонкий трикотажный кардиган и кроссовки. Все в одной цветовой гамме — бело-сине-коричневой, из которой выбивалась только рыже-вьющаяся шевелюра.
Когда машина остановилась, и я, открыв дверцу, спрыгнула на тротуар, Ольга задрала на лоб темные очки и окинула меня внимательным взглядом. Потом кивнула — я тоже предпочла удобство и комфорт, и, подхватив рюкзачок, скомандовала:
— Грузимся.
Команда относилась к Джоннику, самозабвенно любившему кипиш, но выполнил ее подоспевший Стас. Одной рукой подхватил собакина, второй зацепил обе сумки и направился к уже открывшемуся багажнику.
— Ау! — вроде как окликнула его Ольга, — собаку-то верни.
— Ага, — многозначительно выдал Стас и, забросив сумки внутрь — с учетом нашего багажа свободного места хватило бы еще на четыре таких же, вернулся к нам. — Я что, на изверга похож? — угрожающе насупившись, посмотрел он на Ольгу.
— Нет, — качнула она головой. — Кстати, доброе утро!
— И тебе не хворать, — кивнул Стас, тут же потеряв к нам всяческий интерес.
Открыл дверь со стороны переднего пассажирского сиденья и, перехватив буквально замершего от предвкушения поездки Джонни, усадил его в специальное автокресло.
Пристегнув карабин к шлейке, выпрямился:
— Основательно не устраивайтесь. Нас ждет другая тачка.
— А чем эта плоха? — поинтересовалась Ольга. Бросив рюкзачок на задний диван, плюхнулась следом за ним, заняв мое место.
Пришлось обходить машину и усаживаться слева.
— Тем, что есть лучше, — закончив обеспечивать безопасность собаки, удовлетворил Стас любопытство Ольги. Потом, оценив диспозицию, вернулся на водительское сиденье. — Объясняю правила поведения, — поерзал он, усаживаясь удобнее. — Не просить сделать музыку громче. Лишние вопросы не задавать, меня не отвлекать. Все понятно?
— Гав! — первым отреагировал Джонни. И тоже заерзал, но уже от затопивших его эмоций.
Мы же с Ольгой только понимающе переглянулись. Стаc включил режим «отца-командира».
Надолго его вряд ли хватит.
Все закончилось даже раньше, чем я ожидала.
— Ладно, расслабьтесь, — усмехнулся Стас, пристегиваясь. Потом нежно, словно лаская, провел ладонью по рулевому колесу. — Ну, поехали.
Воспользовавшись советом брата, медленно выдохнула и откинулась на спинку.
Вот только полностью расслабиться так и не получилось. Несмотря на ощущение, что все будет хорошо, снедала подспудная тревога. Нудная, тягучая, она примостилась где-то внутри желудка, время от времени вызывая дискомфорт.