Подруга как всегда была в своем репертуаре: сначала куда-нибудь засунуть, а потом благополучно забыть, куда именно положила.
На этот раз это был книпсер для ногтей.
Судя по тому, как она косилась на руку, крайне необходимая ей сейчас вещь.
— Спасибо! — довольно заулыбалась Ольга и поспешила за Андреем, который дожидался ее в паре шагов от нас.
Мы лишь на мгновение встретились с ним взглядами…
Нет, видений не было. Было четкое понимание, что он не просто друг Стаса — если потребуется, будет биться за брата до конца.
Ну а я…
Я была его сестрой, тоже оказавшись под защитой.
Мне бы порадоваться — позиция Андрея по отношению к нам была простой и понятной, но радоваться я не торопилась.
Прикрываться другими не собиралась. Слишком серьезными оказались мои враги.
Все это промелькнуло и ушло.
Андрей отвел взгляд, наклонился к Ольге, прошептал ей что-то на ухо. Подруга засмеялась…
Бросив, чтобы не задерживались, мимо прошел дядя Матвей. По пути наклонился, сорвал пробившуюся между плиткой травинку, кинул ее под кусты.
— Нам надо поговорить.
Я видела, как Стас неторопливо вставал со ступеньки. Как отряхивался…
Как подходил ко мне, я пропустила. И это было плохо. Я не расслабилась — продолжала контролировать происходящее вокруг, но некоторая рассеянность присутствовала. Или — расслабленность, что было еще хуже.
Заставив себя собраться, уточнила:
— Об отце?
Слишком много тем для разговоров у нас накопилось. И все они были весьма непростыми.
— После завтрака, — подтвердил он мое предположение. Потом вдруг резко притянул к себе, обнял. — Про Ольгу слышала?
Убеждать брата, что не была свидетелем их с сослуживцем ночного общения, я не стала. Уж если Андрей что-то почувствовал — его прямой взгляд на меня не позволял обманываться, то со Стасом у нас была не просто родственная связь. Как говорила Ева — Род! Именно так, с большой буквы.
— Слышала. Но что сказать, не знаю. Вроде и правильно, но что-то смущает.
— Вот и меня что-то смущает, — чуть отстранив, посмотрел Стас мне в глаза. — А еще свербит. Думаю, уезжать нам нужно.
Я бы и хотела с ним согласиться…
То, что удерживало меня здесь, было все ближе.
Но это с одной стороны. С другой, Стас был прав. Свербило. И с каждым часом все сильнее.
Мне бы отстраниться от реальности, посмотреть на нее холодным, непредвзятым взглядом…
Настоящие ищейки не только занимались поиском людей, вещей, информации, но и разбирались в людях, воспринимая их с точки зрения обнаженной объективности. А еще они связывали воедино события, факты, домыслы, предположения, слухи и даже предчувствия, собирали их, создавая четкую и однозначную картину происходящего.
Я умела первое и второе, но практически не имела опыта в третьем.
Было ли это упущением Евы? Вряд ли! Она не раз говорила, что некоторые навыки формируются только через работу на грани, а то и за ее пределами.
До этой истории к грани я никогда не подходила. И не сказать, что сожалела об этом.
Вот только сейчас это стало проблемой. Я знала об опасности. Я ощущала ее всей своей внутренней сутью. Но не могла сказать однозначно, где и когда мне предстояло встретиться с ней.
Говорить об этом Стасу я не собиралась.
Он и так об этом знал.
— Ладно, — отпустив меня, твердо произнес брат. — Все после завтрака.
Это тоже было решение. Промежуточное.
Вот только легче от него не стало. Только тревожнее.
Оладушки, блинчики, творог со сметаной и рассыпчатая гречневая каша. Еще теплый хлеб, сыр и тонко нарезанное мясо — остатки вечернего пиршества. Свежее молоко, чай из самовара и хорошая компания.
Джонник у двери на террасу без энтузиазма догрызал сухой корм из миски, да поглядывал на нас в надежде, что ему что-нибудь перепадет. Но делал это как-то вяло, без настойчивости. То ли демонстрировал воспитание, то ли просто уже набегался до того, что лень было выпрашивать.
За столом разговаривали обо всем и ни о чем сразу. Стас рассказывал дяде Матвею о том, чем занимается. Ольга общалась сразу с Андреем и его мамой, успевая и отвечать на вопросы, и расспрашивать тетю Галю о полудеревенской жизни.
Я же в общении участия практически не принимала, пусть меня и пытались втянуть в беседу. Спрашивали — отвечала, а так больше слушала и наблюдала.
Впрочем, не только я одна. Андрей, несмотря на активное присутствие в разговоре, время от времени бросал на меня задумчивые взгляды. Да и тетя Галя поглядывала. Да еще и хмурилась при этом, словно ей что-то не нравилось.