— Надо поспать. Хотя бы часа два-три.
Игнат предпочел ьы как можно скорее связаться с контактом, который оставил ему Стас, но Шура была права — ситуация могла измениться в любой момент, а мозги, несмотря на то, что немного подремал по дороге, уже плохо работали. Да и время было раннее, чтобы тревожить человека, пока не экстренно.
— На окраине, рядом со стоянкой дальнобоев, есть небольшой отель. Паршивость средняя, но в забегаловке при нем кормят нормально, — привела еще один аргумент Шура.
— И откуда ты все только знаешь⁈ — удивился Игнат.
— Поживи с мое… — хохотнула Шура, сворачивая с трассы на повороте. — Заедем с другой стороны.
Двухэтажный отель, практически полностью спрятавшийся за густой зеленью метрах в шестидесяти от скрытого за забором паркинга дальнобоев, действительно был средней паршивости. Не облезлый, но какой-то запущенный.
Немытые окна, мусор, вывалившийся из стоявшего с торца здания контейнера. А уж про коврик перед входом и говорить не стоило. Пыли на нем было столько, что впору снимать гипсовые слепки следов обуви.
Но запахи из кафе, расположенного в пристройке справа, несмотря на ранний час, доносились действительно приятные.
Да и стоянка рядом, на которой они оставили свою лошадку, оказалась забита достаточно плотно. Словно говоря, что, несмотря на внешний вид, отель у транзитников был популярен.
Так и оказалось — свободный номер в отеле оставался только один. Двухместный.
Игната с Александрой Александровной это вполне устроило. Главное, душ в номере наличествовал, а все остальное не имело особого значения. Смыть с себя усталость, да принять горизонтальное положение. А потом забросить что-нибудь съедобное в желудок.
Для счастья вполне хватало.
Для полного Игнат предпочел бы добавить встречу с Анной, но…
Он был готов не встретиться с ней никогда, лишь бы новая знакомая оставалась в безопасности.
Нет, абсолютным альтруистом Игнат себя не считал — предпочел бы и встретиться и, вполне вероятно, прожить долгую и счастливую жизнь, но доведись выбирать, выбор выглядел однозначным.
Легли в начале шестого. Встали в девять. Под оглушительные вопли пернатых — окно оставили открытым, истошный крик кота и доносившуюся снизу перебранку.
Несмотря не весьма короткий отдых, Игнат чувствовал себя бодрячком, да и Шура, пока приводила себя, как она сказала, в божеский вид, что-то негромко напевала. Что именно Игнат не понял, но фразу: «Как ныне сбирается вещий Олег…», разобрать сумел.
Рассчитались они за сутки, однако в кафе отправились уже с вещами. У Игната дорожная сумка, в которой под вещами лежали деньги и чистые симки. У Шуры — рюкзак, но по размеру скорее рюкзачок переросток. Но, как он понял по вываленным на кровать вещам, когда Шура что-то искала, входило в него все, что могло понадобиться в непредвиденной ситуации.
В отличие от здания отеля, пристройка выглядела презентабельно. Свежая краска на стенах, прозрачные затемненные стекла, аккуратная вывеска, сообщавшая, что заведение работает круглосуточно.
Столик заняли в углу, у окна. Вроде контроль и не требовался — здесь Игната точно никто не ждал, но сила привычки она такая. Сначала ты долго привыкаешь, а потом просто делаешь, как привык.
Игнат бросил сумку на стул, что ближе к окну. Шура повесила рюкзак на спинку, выбрав место напротив.
— На оружие разрешение есть? — когда Шура села, наклонился к ней через стол Игнат.
Шура после сна и повторного душа переоделась. Джинсы в обтяжку — несмотря на возраст, эти формы вполне можно было обтягивать, легкая рубашка и свободный пиджак из плотного льна, который она застегнула на одну пуговицу.
Если глаз не наметан, то кобуру и, присмотревшись, не заметишь.
— Обижаешь! — довольно хмыкнула она, удобнее устраиваясь на стуле. — Генерал я или так, погулять вышла⁈
— И не поспоришь, — согласился с ней Игнат, усаживаясь на своем стуле.
Помещение кафе было небольшим: шесть четырехместных столиков с одной стороны от центрального прохода, шесть с другой.
Если стоять спиной к входу, слева небольшая барная стойка, за которой никого не было. За ней дверь на кухню.
Справа, где сидели они, окошко для грязной посуды и две двери: одна служебная, вторая в туалет.
Народу в этот час было не сказать, что много — занята треть столиков, но лучше бы еще меньше. Компания из четырех парей, что сидела в противоположном от них углу, Игнату совершенно не нравилась. Во-первых, нетрезвые. Ну а во-вторых, степень их опьянения, насколько он мог оценить, была из тех, когда здравый смысл отключается полностью и начинает тянуть на подвиги.