Чуть позже ощутила Тома за дверью, напряглась. Он пытался вскрыть замок. Хотела встать с кровати, ощутила сильную боль в плече и голове, плюс голова кружилась. Легла в кровать. Было противное состояние от того, что если Том попадет в палату я не смогу дать ему отпор.
Закрыла глаза и попыталась думать о чем-то отвлеченном, в основном для того, чтобы не так реагировать на боль. Ощутила, что рядом со мной кто-то сел, провел рукой по голове. Посмотрела внутренним зрением, надеясь, что это врач, это был Том.
− Как ты это терпишь. Открой глаза, я ведь знаю, что ты не спишь.
− Перестань меня мучать, мне и так плохо, еще ты тут.
Он наклонился, поцеловал, я глаза так и не открыла. Замок в двери щелкнул, вошел доктор с медсестрой.
− Как вы сюда попали? – спросил серьезно Юрий Петрович – Выметайтесь от сюда, ей нужен покой.
Том спокойно вышел. А доктор быстро подсел ко мне посмотрел на лицо.
− Вероника вы спите?
− Нет, просто видеть его не хотела, – я открыла глаза.
− Это он ночью к вам приходил?!
− Да.
− Как самочувствие?
− Больно.
− Вот выпей, это другие лекарства, щадящие. Немного облегчат твою боль.
− Тех таблеток хватает всего на час. По крайней мере, последние дни.
− Тебе хоть удается выспаться?
− После обезболивающего обычно засыпаю и сплю несколько часов, может дольше, если никто не разбудит. С мамой хорошо погуляли, даже уснула, эта гад пришел, разбудил.
Выпила лекарства данные врачом. Странный у них вкус.
− А что это было?
− Из трав, гомеопатические средства. Вам себя беречь нужно, особенно сейчас, а то сильные обезболивающие могут навредить вашему малышу.
«Чего?» - задала я сама себе мысленно вопрос – «А хотя это хорошо. Ребенок точно от Леши будет, а не от этого придурка».
− А сколько уже? – спросила я.
− Срок совсем маленький, гормон только начал повышаться. Для контроля медсестра возьмет еще через день, чтобы мы могли уже точно быть уверенными. Вы не рады?
− В задумчивости, скорей рада. Просто очень неожиданно. Можете пока моим никому не говорить, я сама скажу.
− Конечно, это ваше лично дело. Только сразу скажите, вы ребенка оставлять будете?
− Да, конечно, - я слегка улыбнулась – просто слишком неожиданно, - я вытерла выступившие слезы – простите.
− Все хорошо. Отдыхай, скоро обед привезут. Тебе брат что принес?
− Сладостей целый кулек, я их почти не ела, честно. Мама только апельсином накормила. Хорошо, что вы сказали уже после того, как маму ушла, а то бы она уже узнала и всем рассказала.
Доктор улыбнулся и вышел с медсестрой. Я посмотрела на окно на нем лежали фрукты. Потом вспомнила про обед и решила дождаться его. Легла на левый бок и просто рассматривала свою палату. Вообще-то она рассчитана на двоих. На противоположной стороне стоит вторая кровать с матрасом и подушкой, рядом тумбочка. Простая белая комната больницы. Огромным плюсом, что туалет и душ у меня в палате, а так комната, наверное, размером с мою кухню. От входа до противоположной стены чуть больше двух метров. И до противоположной кровати, наверное, тоже что-то около двух или двух с половиной метров. Еще огромный плюсом моей палаты является окно с видом на красивый осенний парк. Сейчас заканчивается сентябрь, дни по-осеннему теплые.
− Было бы хорошо пойти погулять, правда, только не одной, а с Лешей. Интересно как он отреагирует.
Минут через 15 принесли обед. Старая медсестра строго сказала, чтобы я все съела и вернула ей пустую тарелку. Оставила мене суп, хлеб и компот, ушла. После новости, который огорошил меня доктор, я заставила себя все съесть. Старушка еще застала, как я доедала последние ложки супа.
− Молодец, тебе силы нужны. Тогда быстрей и поправишься, и быстрей все заживет. И фрукты кушай что тебе родственники принесли.
− Обязательно, только чуть позже. Сейчас очень наелась. Спасибо вам.
− Отдыхай.
Старушка вышла, ложиться не рискнула, побоялась, что суп вытечет из меня. Позвонил Леша.