— Придется обождать еще пару-тройку дней.
— Обождать? — эхом отозвался «Охотник на Демонов» Колин, сурово сведя брови на переносице.
В картине мира старца подобный расклад казался вопиющей аномалией, от которой за версту несло дурными, гибельными предзнаменованиями.
Деррик, титаническим усилием воли подавив инстинктивный порыв почесать затылок, с заметной натугой кивнул:
— Истинно так.
Убеленный сединами Колин Илиад посверлил паренька немигающим взглядом несколько долгих секунд, после чего медленно, тяжело уронил:
— Добро. Ступай пока к себе.
…………
Баклунд, Восточный район. В тесной, снятой внаем двухкомнатной квартирке.
Форс, наглухо закутанная в теплую одежду, нервно нарезала круги вокруг пышущей жаром печи, а на её лице явственно читалось искреннее недоумение.
В конце концов она резко повернула голову, устремив пытливый взор на сидящую в кресле Сио:
— Какого дьявола господин «Мир» до сих пор хранит молчание?
— Небось, увяз по уши в каких-то хлопотах, — охотница за головами выдала загодя заготовленную отговорку. — А может, господину «Шуту» нынче не с руки ретранслировать твои мольбы. Владыка ведь не зря бросал намеки, что собрание вполне может уйти на недельный перерыв.
Форс глубокомысленно кивнула, пробормотав:
— Господин «Шут» закинул удочку про отмену сходки посреди минувшей недели. Уж не завязано ли это на те самые интриги Георга III?
Воскресив в памяти тот маниакальный азарт, с которым господин «Мир» рыл землю носом в этом деле, Сио задумчиво угукнула:
— Почти стопроцентно.
…………
Земля, покинутая богами. В недрах мертвого, погруженного в леденящее безмолвие полиса.
Облаченный в мантию древнего мага Амон, ведя за собой Клейна, переступил порог сравнительно неплохо сохранившегося храма.
Здешние монументальные колонны опасно покосились, а парочка и вовсе с грохотом рухнула. Из зияющих в сводах трещин ползли багровые, словно пропитанные запекшейся кровью сорняки, наглухо оплетая искусно вырезанные барельефы птиц.
Клейн, сжимая в руке кожаный фонарь, обвел округу цепким взором и безошибочно констатировал: население этой цитадели отнюдь не вымерло до последнего колена. Жалкая горстка бедолаг всё же уцелела, вот только какими-то неведомыми путями они мутировали, обратившись в гротескных бестий. Ныне эти твари роились в кромешном мраке, шарахаясь от тусклого света лампы. Надежно укрывшись в слепых зонах, они плотным кольцом взяли святилище в клещи, отчаянно силясь растерзать Клейна и Амона — двух до одури нормальных на вид людей.
Сыщик выковал этот железобетонный вердикт, опираясь исключительно на их «нити духовного тела». Путы этих тварей пестрели кричащими аномалиями: они отливали мертвенной серостью, дико извивались, а местами и вовсе срастались в гротескные комья. Этот узор в корне разнился со скверной заурядной паранормальной фауны, куда больше смахивая на ту гнилостную ауру, что источали истлевшие останки в каменных саркофагах.
«Одному богу известно, в какую бездну первобытного отчаяния и надлома пришлось рухнуть этим уцелевшим бедолагам, чтобы добровольно избрать подобную участь… А может, подлинный, самый беспросветный мрак как раз и кроется в том, чтобы изо дня в день не видеть ни лучика надежды, наблюдая, как петля вокруг затягивается всё туже…» — с тяжелым сердцем вздохнув, Клейн виртуозно использовал эти размышления, дабы выровнять собственное душевное равновесие.
Как-никак, сейчас он и сам барахтался в схожем капкане: фортуна раз за разом подкидывала ему призрачные шансы на спасение, лишь затем, чтобы в следующее мгновение безжалостно втоптать их в леденящую безысходность.
Амон, щеголяющий своим неизменным хрустальным моноклем, вышагивал по самой кромке скупого света, уверенно прокладывая путь в самые недра храма.
Тенью следуя за Ним, Клейн вскоре воочию узрел возвышающиеся впереди врата, окутанные тусклым, бледным сиянием.
— На деле этот полис расколот надвое: на светлую и темную изнанку. Здешние умельцы, пустив в ход кое-какие таланты из арсенала «Ученика», виртуозно сокрыли изрядный кусок территории. И просочиться туда можно лишь через подобные специфические «двери», — Амон вальяжно вскинул руку, указывая на преграду.
«Таланты „Секретного Мага“?» На Клейна снизошло легкое озарение. Юноша едва заметно кивнул, давая понять, что в общих чертах раскусил суть механизма.
«Богохульник» тем временем невозмутимо продолжил: