— Старик, подкинешь парочку дельных советов, как выкручиваться из этой ямы?
— Мои советы? Уж лучше пусть и дальше бьет челом «Шуту», вымаливая божественную подмогу, — Паллес Сороастр ответил без малейших, даже призрачных колебаний.
«…» Леонард деликатно прочистил горло и забросил встречную удочку:
— Неужто ты ни на йоту не горишь желанием улучить момент и от души вставить палки в колеса этому Амону?
Глава 1175 Важен правильный ход мыслей
— Вставлять палки в колеса Амону? — Паллес Сороастр издал тихий смешок. — И какой нам с этого прок? Раз куша не предвидится, то и связываться не стоит.
Леонард на долю секунды опешил, так и не найдясь с ответом. Лишь спустя пару мгновений он выдавил:
— По крайней мере, это подняло бы тебе настроение.
Паллес добродушно рассмеялся:
— Если ты благоразумно закроешь эту тему, мое настроение взлетит еще выше.
Не дав юноше и шанса парировать, этот ангел первой Последовательности из Пути «Мародера» с легкой старческой хрипотцой тяжело вздохнул и продолжил:
— Разве в закромах твоего бывшего сослуживца не завалялся амулет «Обмана»? Быть может, стоит раскинуть мозгами в этом направлении.
После той самой кровавой зачистки баклундских клонов Амона старец через Леонарда ссудил Клейну сакральные символы и магические печати для ковки четырех видов амулетов: «Обмана», «Паразитирования», «Лишения» и «Старения». Опираясь на этот багаж знаний и пустив в ход свою долю трофейных «Червей Времени», Клейн сноровисто вылепил по одной «Пуле Обмана», «Пуле Паразитирования» и «Пуле Лишения». Позже он благополучно пустил их в расход в мясорубке с Кьюнасом Кольгом, вот только поэту об этом было совершенно невдомек.
Поэт, глубокомысленно нахмурившись, понизил голос до глухого шепота:
— Старик, ты клонишь к тому, чтобы пустить в ход амулет «Обмана», виртуозно пустить Амону пыль в глаза и заставить Его ошибиться с координатами? Дабы Он не смог вставить палки в колеса Клейну при побеге?
В его голове Паллес Сороастр отозвался с откровенным, нескрываемым раздражением:
— Пытаться провернуть фокус с амулетом «Обмана» прямо под носом у Короля Ангелов стези «Мародера»? И ты всерьез веришь, что эта идиотская затея увенчается триумфом?
«Шансы болтаются на нуле…» — Леонард выдавил из себя кривую усмешку и с завидной наглостью допытывался дальше:
— Тогда к чему ты вообще ведешь?
Голос Паллеса Сороастра внезапно налился живым, бьющим через край предвкушением:
— К тому, чтобы «обмануть» само незыблемое правило, гласящее, что после воскрешения плоть обязана соткаться исключительно на месте гибели!
— Обвести вокруг пальца законы мироздания⁈ И такое вообще мыслимо? — искренне опешив, выпалил юноша.
Паразит издал горький, самоироничный смешок и с тяжелым вздохом проронил:
— Если положить на чаши весов попытку одурачить Амона и взлом законов природы, второе окажется на порядок проще. Как-никак, подлинный фундамент нашего мира зиждется на первобытном хаосе и безумии.
От этих слов Леонард напрочь лишился дара речи. С одной стороны, его скудного багажа знаний банально не хватало: юноша и помыслить не мог, что незыблемые правила можно вот так внаглую «обмануть». С другой же — его до глубины души поразил тот леденящий факт, что в картине мира старика сам Амон вселял куда больший, первобытный ужас, нежели любые «законы природы» или «устои мироздания».
Пробарахтавшись в глухом ступоре добрый десяток секунд, поэт наконец выдавил:
— И каковы шансы на триумф при таком дерзком раскладе?
— Ничтожно малы, — презрительно фыркнул Паллес. — Амулет «Обмана», выкованный из жалкого «Червя Времени», оставшегося от какого-то клона Амона, имеет до смешного призрачные шансы взломать подобный фундаментальный закон. А посему мой совет остается железобетонным: пусть бьет челом «Шуту» и вымаливает божественную подмогу. Тратить драгоценные секунды впустую смерти подобно! Балансировать на грани в компании Амона — верный способ угодить в фатальный капкан, чем дольше тянешь, тем глубже увязаешь.
Леонард погрузился в недолгие раздумья, после чего утвердительно кивнул:
— Я уловил суть. Обязательно передам ему этот совет.
Разумеется, он твердо вознамерился шепнуть бывшему сослуживцу и о той самой, предложенной дедулей авантюре с призрачными шансами на успех.
— Уловил, и слава богу. Воистину, ни стыда ни совести — дергать немощного старца, не давая спокойно почитать газету… — старческое ворчание Паллеса становилось всё тише, пока окончательно не растаяло в недрах разума юноши.