«Хух… Сущие пустяки…» — Форс с колоссальным облегчением выдохнула и отозвалась:
— Да.
В конце концов, это была самая что ни на есть заурядная человеческая природа, и краснеть за подобные слабости девушка совершенно не собиралась.
Вслед за этим она выстрелила вторым вопросом:
— Что вы можете посоветовать касательно добычи главных материалов для зелья «Чудотворца»?
«Волшебное зеркало» Арродес вмиг стерло прежнюю багровую вязь, и новые слова на стекле засияли уже ослепительным серебром:
'В закромах династии Авраам до сих пор пылится формула эликсира «Мироходца» — второй Последовательности Пути «Ученика», а в довесок к ней идут два соответствующих, обладающих колоссальной убойной мощью Запечатанных артефакта.
В арсенале ордена Авроры тоже завалялась одна подобная реликвия'.
«Это же…» Глаза Клейна ослепительно вспыхнули. На юношу мгновенно снизошло озарение, открывшее совершенно новые, дерзкие перспективы.
— Вон оно как… — Форс озадаченно свела брови. — Ваша очередь.
Серебристое сияние на зеркальной глади бесследно растворилось, вновь уступив место густому, кровавому багрянцу, из которого сложились следующие слова:
«Кто еще, помимо тебя самой, выступал главным героем в тех самых сладострастных грезах?»
Форс судорожно приоткрыла рот, а её лицо в ту же долю секунды залило пунцовой, предательской краской.
Глава 1179 Подготовка на два фронта
В это мгновение Форс почувствовала, как её щеки запылали невыносимым жаром. Девушка застыла на месте словно истукан, не отваживаясь даже скосить глаза на стоящую рядом подругу.
Она до боли кристально ясно осознала: её оценки того самого «волшебного зеркала» были до смешного наивными!
Нервно пожевав губы и воскресив в памяти предостережения господина «Мира», писательница наглухо зажмурилась и выдавила:
— Я выбираю наказание.
Хрясь! Под оглушительный треск прямо с потолка сорвалась ослепительная, серебристо-белая молния. Вот только стоило разряду сверкнуть, как он тут же бесследно испарился в воздухе, словно был лишь жалким миражом.
Тем временем на глади зеркала темно-красная вязь слов стремительно налилась серебром, перестраиваясь в новую фразу:
«На сегодня наша викторина окончена, до скорых встреч!»
Форс еще даже не успела распахнуть глаза, а Сио — сообразить, что к чему, как зыбкая водянистая рябь по ту сторону стекла мгновенно улеглась. Та леденящая жуть и пронизывающий мрак, что до этого царили в комнате, с треском разлетелись в пыль, уступив место мягкому, теплому свету свечей.
— А где же кара? — выждав пару томительных секунд, Форс робко приоткрыла веки. Скользнув взглядом по вернувшему себе первозданный вид зеркалу, она повернула голову к ошарашенной напарнице.
Сио молча ткнула пальцем прямо над макушкой писательницы:
— Тут вроде как молния сверкнула, да только на полпути испарилась. А «волшебное зеркало», судя по всему, благополучно умыло руки.
— … Оно что, просто решило надо мной поиздеваться? Нет, вздор, меня же загодя предупреждали: вопрос будет до одури смущающим, а наказание — поистине зубодробительным… Неужто… неужто сам господин «Шут» милостиво взял меня под свое крыло? — Форс, нервно потирая правую щеку, озвучила свою дерзкую догадку.
— Вполне вероятно, — охотница за головами кивком подтвердила выводы подруги.
И в тот самый миг, когда Форс с колоссальным облегчением выдохнула, радуясь счастливому избавлению, она внезапно подметила, что Сио сверлит её совершенно нечитаемым, пронзительным взором.
— Чего уставилась? — у писательницы тревожно екнуло сердце.
Охотница за головами, глубокомысленно нахмурившись, задала вопрос:
— Так кто же выступал в главной роли в тех твоих сладострастных, пикантных грезах?
— … Ха-ха, да кто вообще упомнит дела столь минувших дней? К тому же, во снах всё вечно плывет и размывается, сплошная муть, ничего толком и не разглядеть! — Форс титаническим усилием воли натянула на лицо сухую, вымученную улыбку.
Сио многозначительно угукнула:
— Раз всё так невинно, с какой стати ты тогда наотрез отказалась отвечать?
— … Мандраж, меня просто накрыло жуткой паникой, — Форс торопливо перевела взгляд на собранные в углу чемоданы. — Нам пора паковать манатки. Эх, как же я буду скучать по камину!
Бросив это, она пулей метнулась к своему скарбу.
Лишь теперь до девушки окончательно дошло: порой, отвечай ты на вопросы этого проклятого зеркала или позорно уклоняйся — финал всё равно один, и он одинаково плачевен.