Срочно требовалось найти убежище. Чтобы не заплутать в поднявшемся тумане, я рискнул – и вышел на открытую дорогу.
Как я и предполагал – спустя пару мгновений начался ужасный ливень. Хлестало, как из пожарного шланга. Мы перешли на бег. Благо, удары капель перекрывали полностью любые звуки, никто нас не должен был услышать.
– Что это там?! – воскликнул Марко и принялся тыкать пальцем в сторону поросшего сорняками поля, справа от дороги.
Мне понадобилось несколько секунд на то, чтобы разглядеть квадратный силуэт с торчащим из него колесом. «Что это? Ещё одна водяная мельница? Нет, она же посреди поля стоит…»
Спустившись с дороги вниз, и пройдя десять шагов, я, сперва, не поверил увиденному:
– Откуда тут взялся панцирь?! – с этими словами, я махнул Этне и Марко, чтобы шли за мной.
Подобравшись поближе к бронемашине, я подсадил паренька, чтобы тот повернул крышку люка. Благо, панцирь оказался не заперт, что, в принципе, логично: покидая подбитую громадину, ты вряд ли будешь заботиться о том, что её кто-то угонит. Да и со сломанными ногами это сделать было уже невозможно.
Перевалившись через отверстие в крыше, я протянул руку Этне, и помог девчонке забраться по скользкой металлической поверхности. Дёрнув за скрипящий рычаг, и заперев люк, позволил себе несколько секунд насладиться далёким эхом капель, что больше не падали на голову.
– Зажгите лампу, места не так много, но нам нужно как-то просушить одежду, – произнёс я, снимая промокший плащ.
– Дядь, а что это за махина такая? Папа не рассказывал про такие! –спросил мальчишка.
– Это… – отогнав дурные мысли, ответил я. – Эта громадина была создана моим поколением для убийства людей.
***
19 октября 1663 года, где-то ближе к шести утра, меня разбудила Рута. Взгляд её тревожных глаз не предвещал ничего хорошего.
– Все идут на главную площадь, говорят что-то про войну… – с содроганием произнесла девушка.
«Война? Хм, которая это уже на моём веку…»
По первой, я не придал этому событию значимости. Войны Бритонский престол вёл постоянно: столкновения с другими империями на воде и на суше, на территории открытых континентов, подавление восстаний в колониях и ещё множество других конфликтов, коим не было числа.
Ни один из них практически не касался Норвилла. Мы не видели на горизонте вражеских стягов и знамён, нас не обстреливали со стороны моря. До города доходили лишь отголоски битв, в виде потрёпанных линкоров, искалеченных солдат, отправленных в тыл на лечение, и похоронок с выплатой семьям конквестов.
– Не переживай так сильно. Давай не будем торопиться и позавтракаем, а потом уже пойдём, хорошо? – предложил я Руте.
Девушка нервно кивнула. «Интересно, она действительно боится, что война придёт в Норвилл? Вот же глупенькая!»
Перекусив яичницей с луком и чаем, мы втроём оделись и пошли на главную площадь. Куда даже полчаса спустя стекались толпы народу.
– Война! Люди, началась война! – вопил глашатай так, словно его резали живьём, стоя на небольшой сцене, иногда использовавшейся в качестве эшафота.
«Война? Опять? И с кем же?» – шептались люди.
– Подумаешь… Что, особенная война какая-то? Мой дед прожил шестьдесят два года! И ни одно ядро над его головой не пролетело за это время! – возмущался мужчина, стоявший слева от нас.
– Вот именно, – вторила ему супруга, лет сорока на вид. – Его Величество ещё никогда не давал Норвилл в обиду захватчикам!
– Эдгар, – дёрнул за рука Ольгерд, – что происходит?
– Не знаю, Олли, не знаю. Даст Господь – ничего серьёзного, – улыбнулся я брату, покрепче сжав его рукавичку.
– Попрошу внимания! – наконец, спустя ещё полчаса ожиданий, когда в центр города стянулась, кажись, половина населения, а другая половина смотрела и слушала из окон, на сцену вышел бурмистр Норвилла.
Толпа замолчала, хотя некоторые и продолжали шептаться.
– Может быть кто-то не знал, но позавчера Республика Родиния заключила военно-политический союз с Хиралом и Левитанией. Сегодня утром, их тройственный союз напал на материковую часть Бритонского королевства, с целью поработить наш народ и забрать наши ресурсы! Скажу сразу – мы не одни, Паладра уже переправляет войска на подмогу, как и многие дружественные нам страны. Однако эта война будет нелёгкой. Мы ещё никогда не сталкивались с таким количеством врагов! Наш город официально признан зоной боевых действий, поскольку имеет морскую границу с Акаимской Империей, а её дальнейший статус в конфликте ещё не определён. Мужчины от шестнадцати лет и старше, обязаны явиться в городской комиссариат для приёма на военную службу.