— Сложно сказать, — сел на стульчик. Подставив локоть на стойку, он положил голову на руку. — Встретил, наверное, последнего члена Зентопийской Инквизиции.
— Инквизиции? — насторожился Мастер, не успев отпить пива из кружки. — Их же расформировали лет триста назад.
— Потому и говорю… последнего, не знаю как, но придурок стал личом, и прожил больше четырёх сотен лет.
— Лич?! — прокричал мастер, привлекая внимание согильдийцев сидящих в зале, которые сразу же притихли «развесив» уши.
— Да, Старик, Лич, слово из трёх букв, — ответил он с большой дозой яда. — Бессмертная трудноубиваемая нежить, возглавившая тёмную гильдию.
— И-и-и, что ты с ним сделал? Раз ты сидишь тут живой и здоровый… ты сбежал? — сощурился он, по-отечески улыбнувшись. — Не волнуйся Син, не важно сбежал ты или нет, главное, что вернулся живым.
— Вообще-то я его убил, — промолвил он весьма обиженным тоном.
— Брешешь! — прокричал едва ли не весь зал.
— Вот идиоты…
Повернувшись на стуле, он обнажил клинок и выпустил мощную, ярко сияющую святую ауру. Члены гильдии ощутили огромную магическую силу, но они не чувствовали от неё угрозы, наоборот, она исцеляла, успокаивала, вселяла тепло и надежду. Но, те, кто использовал тёмную магию испытывали немного другие чувства. Они ощутили инстинктивную опасность, исходящую от артефакта, что-то подсказывало им на подсознательном уровне, что от «этого» нужно держаться как можно дальше. Даже Мираджейн ушедшая из зала почувствовала дискомфорт и дразнящий на грани сознания страх.
— …Святой меч — Экскалибур, его сила несёт погибель тёмным созданиям, даже простой царапины достаточно, чтобы большинство демонов падало без сил. Нежить же сгорает без остатка, без шанса на возрождение, лича не спасёт никакая филактерия, сгорит вместе с ней. Он — абсолютное оружие света, — прочитав короткую, но наполненную пафосом речь, он вернулся в прежнюю позу.
— Не буду спрашивать, откуда у тебя… такое, — произнёс ошарашенный Мастер, едва не проливший содержимое кружки.
— Фамильный артефакт, когда-то он принадлежал моему предку, но в ходе войны был разбит и переплавлен на семь частей… это, — провёл он пальцем по ножнам. — Лишь два осколка.
— Будь осторожен, Син, — посуровел Макаров, отбросив образ чудаковатого старичка. — Есть много людей, возжелающих отобрать его у тебя.
— Это не просто меч, Старик, — ухмыльнулся он за маской, уже чуя аромат вкусной рыбы. — Его могут использовать только те, кто получил благословение, или в ком есть кровь моих предков. В твоих руках, он не более чем бесполезная железяка. Да-а-аже, если найдётся идиот, решивший спереть мою собственность, хех… мой наставник поработал над этим моментом… воришек ждёт долгая и мучительная смерть в агонии, и он не сможет уйти в забвение, не сможет сойти с ума, не сможет приглушить боль.
— Сурово, — буркнул Дрейар, «спрятавшись» за кружкой.
— Будет уроком для других, не воруй чужие артефакты, если не знаешь, как это делать, заодно и отобьет желание трогать.
— Твоя правда, — одобрительно закивал мастер, оставив кружку.
С громким победным кличем в гильдию вошёл мускулистый, молодой улыбающийся парень, с легкими азиатскими чертами лица, волоча за собой тушу неизвестного зверя, похоже на смесь кролика и крокодила. Его широкие белые штаны, и чёрная жилетка без рукавов, были покрыты слоем зелёной слизи. Но… главным, что выделяло парня из любой толпы, были торчащие во все стороны розовые волосы и неизвестное существо, чем-то напоминающее прямоходящего кота большой головой, отдалённо напоминающей человеческую.
— Я вернулся-я-я! — прокричал он во всю глотку, широко вышагивая в сторону барной стойки.
— Няцу!* — воскликнул кот, вокруг парня на магических крыльях. — Я чую запах фирменной рыбки!
«Запомнить на будущее, не давать драконам воспитывать детей», — мысленно проворчал Син, чувствуя, как дёргается глаз.
«Я лучше найму нормальную няньку, чем подпущу рептилию к ребёнку», — раздался недовольный голос Широнэ.
«Так и поступим, когда грохнем Акно».
— Здаров, Старик! — радостно воскликнул Нацу, приветственно показав ладонь.
— О-о-о, Нацу, вижу ты добыл кролодила, — произнёс весьма довольный Мастер, смотря на добычу. — Мира давно жаловалась, что у нас кончаются запасы.
— Эта скотина, — дёрнулся он за хвост означенного существа. — Пыталась от меня драпать!
— Ясно, — довольно хмыкнул старичок, погладив усы. — Познакомься — это Син, наш новенький.
— Здаров! — воскликнул розовласый, принюхиваясь к Сину. — У тебя знаком…
Парня прервал мощный поток лазурных молний, поразивших его тело в ближайшую стену, пробивая её на вылет.
— Нацу! — прокричал кот, упорхав в сторону улетевшего друга.
— Кто тебе разрешил меня нюхать, Козёл?! — прокричал вскочивший на ноги Син.
— Я жив! — прокряхтел розовласый Драгнил откуда-то с улицы.
— Нацу, ты лох! — выкрикнул кто-то из-за, спровоцировав волну смеха и подколок в адрес Драконоборца.
— Чем займешься, Син? — поинтересовался Макаров, проигнорировав сцену очередной драки, коих он видит по несколько раз на дню.
— Нужно обналичить деньги, сбыть сувениры, выкупить дом, и объявить о сдаче жилья думаю тысяч по пятьдесят-шестьдесят за месяц, — задумчиво ответил он, садясь в прежнюю позу.
— Сам то где собрался жить?
— Не пропаду, — махнул он рукой. — А вырученные деньги пущу на покупку нормального дома.
— Вот как, — задумался Макаров, следом хитро улыбнувшись. — С продажей «Сувениров» я могу помочь… за небольшой процент.
«Старый торгаш», — равнодушно пробурчала Широнэ.
— Думаю… мы договоримся… — ответил Син крайне задумчивым тоном.
Торг между Макаровым и Сином, обещал войти в анналы гильдейской истории, превзойдя историю основания гильдии. «Феи» потеряли счёт времени, судорожно следя за разгорающейся баталией, никто из оппонентов не желал уступать и тысячной доли процента, временами приводя феноменальные аргументы, граничащие с безумием.
— Три целых, пять десятых и восемь тысячных и ни процентом больше! — воскликнул Син, ударив ладошкой по стойке.
— Р-р-р, ладно! — согласился старичок, протягивая руку.
— Я же говорил, — пожал он ему руку, в знак скрепления договора. — Что мы договоримся.
— Твой заказ, Син, — подошла подозрительно довольная Мира, выставив парню порцию изысканной рыбы.
— Ты спасаешь доброго и скромного кота от голодной смерти! — с упоением произнёс, заметив, как взгляды «Фей» скрестились на нём. Не нужно было гадать, что все хотят увидеть его лицо. Но, он поступил иначе, сняв лишь нижнюю часть маски, скрывающую всё, что находится ниже верхней губы. Парень лишь растянул губы в ехидной ухмылке, услышав разочарованные вздохи и стоны из зала.
— Умеешь ты ломать ожидания, — разочарованно простонал Макаров, наполняя кружку из крана.
— Это ты ещё не видел, как я обломал короля Боско, напыщенный индюк даже объявил награду за мою голову!
— Королей в Боско нет больше двухсот лет, Син, — нравоучительно промолвил Макаров. — У них — губернатор.
— Пофиг, — принялся он за свой заказ. Подцепив вилкой небольшой кусочек и положив его в рот, Син на несколько секунд оцепенел.
— Не нравится? — поинтересовалась Мира, заметив нетипичную реакцию. — Син, — помахала она рукой перед его глазами.
— … … Великий, но все ещё дохлый дедушка! — всхлипнул он. — Это самая вкусная рыба в моей жизни! Мира! Сегодня же, я закажу тебе памятник в полный рост!
— Син, — смутилась она, подозревая, что странный парень вполне может это сделать. — Не стоит, я люблю готовить… Как ты узнал, что её готовила я? — попыталась она соскочить с темы.
— На ней следы твоей ауры, обычно алхимики пытаются достигнуть такого годами тренировок, потому то не существует полностью одинаковых зелий, они хоть немного, но отличаются, — пояснил он включив «Режим Зерефа». — Ф-я-я-я, — вывалил он язык. — Говорю, как Зефирка, дожился.
— Си-и-н! — прокричал подбежавший Нацу.