Когда она поняла, что более нет необходимости в её присутствии, Штраусс покинула кухню и вернулась за барную стойку, за которой Кана уничтожала очередную порцию алкоголя. Мира, осудительно и едва заметно покачала головой, пытаясь вспомнить, что сподвигло Альберону вести подобный образ жизни. Сидящий на стойке мастер, где-то купивший небольшой посох, с плоским завитым навершием, и вовсе воспринимался как часть общего фона и интерьера.
Окинув взглядом зал в поисках Сина и найдя искомое, она заметила, что он опять погряз в своих расчётах. За прошедшее время она уже поняла, что если он чем-то увлёкся, то вытянуть его будет очень тяжело.
— Новый сорт? — поинтересовалась Мира, взглянув на этикетку, наклеенную на бочонок вина.
— Перграндское! — с гордостью заявила Кана, наполнив рот прямиком из бочонка. — Ик… Ты пропустила целое шоу!
— Шоу?
— Да-да! — закивала она, отпивая из бочонка. — Твой мужик… У-у-у, хорошо пошло… Поднял нашего нудиста на смех.
— Странно, — задумалась Штраусс, по привычке приложив указательный палец к щеке. — Они вроде бы не конфликтовали.
— Так из-за твоего мужика, Грэй провёл два месяца в кутузке, — хохотнула Кана, икнув в кулачок. — Грэй влетел бешеный как зверь, теперь вон, — махнула она рукой, стараясь попасть в сторону Фуллбастера. — Сидит с кислой рожей.
— Уверена, они подружатся, — улыбнулась она своей фирменной улыбкой. — Он же подружился с остальной гильдией.
— Почти, — уточнила Альберона, с тоской тряся пустой бочонок над ртом.
— «Они», не считаются.
— Эй… Мира, — протянула шатенка томным голосом, растянув губы в хитрой улыбке. — Признавайся, — подёргала она бровями. — У вас уже было, м-м?
— Я не хочу разговаривать на эту тему, — протараторила Штраусс, начав натирать стакан до невозможно идеального блеска.
— Да быть не может! — удивилась Кана, широко раскрыв глаза. — Больше двух месяцев и ни-ни? Мира-Мира, — покачала она головой, осуждая подобные действия.
С тяжелым вздохом, Мираджейн закатила глаза. Поняв, что главная выпивака гильдии от неё не отстанет, она всё же ответила:
— Я… я ещё не готова к этому, — покраснела одна из главных фотомоделей Фиора. — И он это знает… сказал, что ему спешить некуда.
— Смотри, — строго припечатала Альберона, повернув голову в сторону обсуждаемого парня. — Решит, что он тебе не интересен, да уйдёт.
— Син… не такой, — строго ответила ей Штраусс, нахмурив брови.
— Пф, — лишь фыркнула Кана, жалостливо улыбнувшись, удивляясь наивности подруги. — Если он ещё не полез к тебе в трусики, это не значит, что он отличается от остальных… Смотри.
Встав со стула, Альберона направилась в сторону ангела, эротично покачивая бедрами. Покачав головой, Мираджейн последовала за подругой, остановившись в паре столов от Сина.
Кана подошла к нему со спины, наклонившись так, чтобы её верхние девяносто коснулись его спины, а голова оказалась в района его уха, она нежно провела правой рукой по его груди, эротично прошептав:
— Хочешь… развлечься, Дорогой?
— Ох… Прекрасная Кана… как я могу отказать такой девушке, когда она сама просит от этом? — томно ответил он, в то время как Мира грустно вздохнула, опустив глаза.
— Тогда не будем тратить времени, и отойдём… уединимся.
— Какое… заманчивое… предложение, — всё тем же тоном промолвил он, развернувшись к ней лицом. — Но… зачем нам тратить время?
Подняв руку, он сделал несколько движений пальцем, словно нажимая на невидимые кнопки. В месте каждого «нажатия», ненадолго появлялась надпись на неизвестном в этом Мире языке.
— Думаю значительно усиленный гормональный дисбаланс как у беременной женщины, вкупе с ощущением жутчайшего похмелья, которые ты ещё никогда не испытывала, позволит тебе уединённо развлечься в течение ближайшей недели.
Едва он договорил, девушка ощутила озвученные симптомы… зажав рот обеими руками, она стремглав побежала в сторону ближайшей уборной.
— Ня-я-я, вот уж не думал, что она… шлюха, — тихо и очень недовольно пробурчал Син, вернувшись к своим записям.
— Дура, — прошептала Мираджейн, коря саму себя.
— Я гений! — воскликнул Син. Собрав вещи со стола, он телепортировался в неизвестное место.
Поджав губы, Мираджейн вернулась на своё привычное место, вновь пытаясь придать стаканам недостижимую чистоту и блеск. Старый мастер смотрел на эту сцену, и вспоминал свою давнюю, но весьма бурную молодость.
Скосив взгляд, Дрейар увидел, как кот по имени Хэппи, с весьма ехидным выражением на мордочке, подлетел к приунывшему Фуллбастеру:
— Гр-рэй, не переживай! — произнёс он с «неподдельным» сочувствием. — Ты и Макао всегда можете создать команду по интересам.
— По каким интересам? — в голос спросили названные маги, а спустя секунду до них дошло, что имел ввиду кот.
— Ах ты кошак!
— Грэй морозь!
— Пру-фу-фу, — лишь засмеялся кот, улетая вверх за деревянные балки.
— Молодежь, — довольно улыбнулся старый мастер, понявший, что кружка опять опустела. – Тебя что-то беспокоит, Мирочка? — за долгие годы, Макаров научился видеть сквозь её «маску».
— Всё в порядке, Мастер, — ответила она внешней непоколебимостью, начав протирать новый стакан.
— Не нужно слушать Кану, — произнёс он с неприкрытой отеческой заботой. — В ней говорит бухло, — «И зависть», — мысленно добавил Дрейар.
— Оно говорит в ней много лет.
— Тогда ты и сама должна понимать, что в таких случаях лучше слушать то, что говорит тебе сердце.
— Я знаю мастер, просто… сегодня Син уходит, — на лице девушки отразилась сильная тревога и печаль. — Он сам не знает на сколько.
— Уходит?! — вскочил он на ноги. — И мне никто не сказал?!
— Это личное дело, Старик, — раздался беззаботный голос Сина, севшего за стойку.
— Всё равно, Син, — Макаров сел в привычную позу, и взял протянутую Мирой кружку. — Есть те, кто о тебе беспокоится.
— Так их я предупредил, — развёл парень руками, с теплотой посмотрев на девушку.
— Молодёжь, — ухмыльнулся Макаров, «спрятавшись» за кружкой.
— Мира, — заботливо улыбнулся ёкай, выставив на стойку пузырёк с драже внутри. — Принимай по одной каждый день?
— Витамины? — обратила она внимание на этикетку.
— Это особые витамины, зачарованные лично мной, они помогут тебе вернуть магию! — гордо заявил он, по-детски улыбнувшись.
— Син, — Мира опустила глаза, вспомнив первопричину своей проблемы. — Я не думаю, что они помогут.
— Они, — выделил он слово. — Помогут, я уверен в этом! Или… ты сомневаешься в моих магических способностях? — сощурил он глаза.
Ближайшие двадцать минут он потратил на убеждение девушки в своей правоте. Штраусс мялась, пыталась привести аргументы против этого лекарства, но с каждой минутой её уверенность в собственных словах таяла, как снег жарким летом, пока она и вовсе не развеялась, приняв выводы ангела за чистую монету.
— Хорошо, Син… я попробую, — улыбнулась она, ощутив, как приподнялось настроение.
— Чудненько, я знал, что ты внемлешь голосу кота, — широко улыбнулся он, сняв Экскалибур с пояса и положив его на стойку. — Мира… присмотри за Широ, — подвинул он клинок в её сторону. — Вы обе дороги мне… я не прощу себе, если «там», с ней что-то случится. Я немного подправил защитные чары, теперь ты можешь брать его без опаски… Только не трогай лезвие, для тебя оно опасно.
Мираджейн посмотрела на меч в ножнах, она знала насколько её парень привязан к нему, и как сильно им дорожит. С одной стороны, она радовалась оказанному уровню доверия, с другой её одолевали нотки ревности, и тоска от грядущего расставания.
— Тебе обязательно уходить? — посмотрела она на него, молча прося остаться.
— Я делаю это ради вас обеих, — подтянув девушку к себе, он склонился над стойкой, медленно приближаясь к её губам. Благодаря годам практики с Широнэ, у него не было проблем с практической частью, поэтому, он подарил ей перед расставанием самый нежный поцелуй. Наблюдающие за этим действом «Феи», один за другим начинали издавать одобрительные и завистливые звуки, но были быстро приструнены огромным кулаком Макарова. — Помни… — промолвил он разорвав поцелуй, и посмотрев ей прямо в глаза. — …мне есть ради кого жить, и к кому возвращаться.