— А ты что нас всех можешь отсюда вытащить? — мрачно поинтересовался один из сотников.
— Смогу!
Этого Высокая Госпожа уже смогла вынести. Протянув руку в его сторону, она коротко бросила:
— Взять его!
Вот только с выполнением её приказа возникла небольшая заминка. Начальник гвардейцев охраны медлил с выполнением приказа, он настороженно крутил головой подозревая, и не без основания, некую ловушку. Ну не мог же этот светловолосый просто так заявится сюда в самое сердце Та-мир-но и отдаться в руки своим злейшим врагам. Что-то здесь было не так — в этом он был совершенно уверен!
Высокая Госпожа ожгла своего главного телохранителя яростным взглядом, но её голос был холоден как лёд.
— Взять его! — отдала она приказ повторно.
Скривившись, тот подчинился приказу и махнул рукой охране, в ту же секунду вниз по мраморным ступеням ринулись два десятка воинов. Вся эта масса краснокожих ощетинившись щитами и с обнажёнными мечами бросилась на светловолосого, но того казалось это ничуть не озаботило.
Он только небрежно взмахнул правой рукой и все эти воины, вдруг с грохотом попадали на плиты. С головы одного телохранителя упал круглый шлем и, подскакивая, с гулким звоном, закончил свой путь прямо у ног пришельца. Тот, хмыкнув что-то себе под нос, нагнулся внимательно его и, постучав по полированной бронзе, небрежно бросил шлем обратно на плиты.
В это же мгновение прямо в его грудь вонзилась стрела, вернее попыталась вонзиться. Вокруг парня, что то тускло сверкнуло, и стрела бессильно упала у его ног. Стрелок охраны торопливо натягивал лук, метрах в двадцати от пришельца, готовясь послать вторую стрелу, но в то же мгновение он вдруг вздрогнул всем телом и осел на землю.
— Не нужно пытаться причинить мне вред! — над залом суда вновь разнёсся спокойный голос светловолосого. — Я могу сделать так что бы все здесь присутствующие умерли. Но я в отличие от вас, не люблю убивать разумных. А вот ваша правительница излишне жестока к своим подданным — в голосе говорившего прорезалась ирония.
Этого Высокая Госпожа не смогла вынести, ещё бы ей в лицо бросили оскорбление.
— Я всё равно уничтожу тебя! — зло бросила она со своей верхотуры.
— Какая ты злая! — усмехнулся пришелец и вдруг щёлкнул пальцами.
Женщина вдруг с испуганным криком вылетела со своего места и закружилась над головами присутствующих. Всё, кто с удивлением, кто со злорадством уставились на обтянутые шерстяными чулками тощие ноги Высокой Госпожи и задравшиеся платье.
Её полёт вдруг стал более хаотичным и правительницу Та-мир-но вдруг начало резко крутить и вертеть в разных направлениях, вниз со стуком упали две золочёные туфли-колоды на высокой платформе. Видимо правительница таким нехитрым путём пыталась казаться выше.
Фигура наверху тем временем перевернулась вниз головой, потом несколько раз повторила этот трюк. Светловолосый вскинул руки, и правительница послушно зависла неподалёку от него. Выглядела она ужасно с выпученными глазами и широко раскрытым ртом, который издавал нечто нечленораздельное.
Саж небрежно опустил руку и тело краснокожей мягко упало на плиты, все присутствующие, молча смотрели на эту сцену. Неожиданно правительницу затрясло в конвульсиях и её стало рвать прямо на пол.
Саж тем временем подошёл к клеткам и небрежным взмахом руки просто срезал засовы сперва на одной клетке, а потом и на двух других.
— Ну, так вы остаётесь здесь или следуете за мной?
Теперь отказавшихся не было и все послушно столпились около него. Светловолосый вновь махнул рукой, на мгновении потемнело и на плиты опустилась та самая небесная повозка, которую они тогда видели на поле битвы.
— Залезайте во внутрь эти повозки!
На переднем сидении вальяжно стоял здоровенный кот, который внимательно наблюдал за всей этой суетой.
— Не обращайте на него внимания! — поторопил их Серж. — Залезайте вот сюда и садитесь на пол. Здесь не так просторно, но если вы прижмётесь вплотную друг другу, то уместитесь.
Дождавшись пока все, они встанут рядом, он запрыгнул на переднее сидение, и небесная повозка начала медленно подниматься в небо. Сидящие в зале молча, наблюдали за ними.
— Мама! Я хочу такого котика как у дяди! — вдруг нарушил хрупкую тишину детский голос.
В тот же миг зал суда взорвался от множества голосов, и эти голоса были явно не на стороне Высокой Госпожи, которая валялась на плитах.