- Пока, Ник. – Я закрываю дверь машины и стучу по крыше, от чего водитель трогается с места.
Вернувшись в участок, резким ударом открываю дверь комнаты, в которой находится мой напарник и нападавший мужчина. Недолго думая, я хватаю его за ворот рубашки и валю со стула на пол, чтобы загородить спиной и столом обзор камерам видео наблюдения.
- Какого хрена это было? Вздумалось поскорее загреметь в тюрягу? Где второй?
- Я, я уже все сказал, - испуганно говорит чернокожий.
- Я еще ничего не слышал, - рычу сквозь зубы на него. Мне хочется разукрасить его физиономию, и к моему счастью, я наношу удар кулаком по носу, от чего у парня моментально появляется кровь. Но мне мало одного удара. Я завелся. Все то, что кипело во мне эти часы готово вырваться наружу. Я ненавижу таких людей. Этих тварей давно пора ставить на место. Мозги отключаются, и я начинаю бить без остановки, нанося один удар за другим. Я не слышу, как Коул пытается докричаться до меня. Не ощущаю, как он пытается остановить меня. Мне плевать на это. Я выливаю всю злость, вкладывая ее в каждый новый удар. Все тело напряжено и натянуто, словно струна. А внутри, я ощущаю вибрацию, которую излучают мои нервы. Удар. Еще и еще. Пока меня не оттаскивают ребята.
- Ник, все перестань! – Кричит Коул. – Приятель, ты совсем с катушек слетел? – говорит он более спокойным голосом. – Все уже улажено. Мы берем прямо сейчас второго. Успокойся. Они наши. Все кончено.
Сквозь свое громкое дыхание я слушаю напарника, который пытается успокоить меня, чтобы я не наделал еще больших глупостей. Поэтому, развернувшись, я выхожу прочь из комнаты в холл, где на меня смотрят другие полицейские.
- Все. Хватит пялиться. За работу. – Говорю всем. – Коул. Я поехал. Если я останусь здесь еще, то боюсь, что до утра этот говнюк не доживет.
- Ладно, приятель. Пойди, отдохни. Заслужил. Я сам разберусь тут.
Мы входим с Френки домой, и, наложив ей еду, достаю бутылку пива из холодильника. Я не стал звонить сегодня Ванессе, желая провести остаток вечера наедине с собой и со своими мыслями обо всем, что сегодня было. Да и портить нашу встречу событиями текущего дня, было бы не особо красиво с моей стороны. Открыв крышку, я облокачиваюсь о стол и делаю большой глоток холодного напитка, который пузырьками стекает по горлу, распространяя жар внутри груди. Капля конденсата стекает по стеклянной поверхности, и я стираю ее большим пальцем.
Мне не хочется, чтобы Элис снова попадала в такие передряги, но я увидел в ней, что она боец по натуре, хотя и была не в адеквате потом. Но это нормально. Самое главное, что она действительно может соображать, когда ее жизни что-то угрожает. Рука тянется в карман за телефоном, чтобы посмотреть на время. Хотя, наверное, я обманываю сам себя. Мне хочется проверить нормально ли она доехала. Но увидев, что сейчас второй час ночи, то будить Тайлера я точно не стану. И снова я ловлю себя на мысли, что я думаю об этой блондинке, а не о той, о которой должен.
Мы с Ванессой знаем друг друга уже около года. И наши встречи всегда были очень яркими и горячими. Она могла понять и сделать все то, в чем именно я нуждался. И это приносило массы наслаждения. Но потом наступало утро, и ее работа призывала в новые командировки. Быть журналистом в каком-то там модном женском журнале - не так-то просто, но ей нравилась ее работа, и она готова была к этим постоянным поездкам. «Насладиться просмотром телевизора в теплой домашней обстановке можно в старости на пенсии. А пока есть время и возможность – нужно покорять этот мир всеми возможными способами», - говорила она каждый раз. И в чем-то она была права. Ванесса была сильна духом, не боялась высказать своего мнения. Ее характер был стальным, что соответствовало ее профессии, чего нельзя было сказать о силе физической. Она порой не могла даже открыть бутылку с водой. Элис же был сильна и характером и физически. Завалить здорового амбала какой-то там деревянной палкой…
Ухмыльнувшись, я снова делаю глоток, осознавая, что мои мысли опять вернулись к ней. Я ощущаю холодный и мокрый нос Френки, которая уткнулась им в мою руку, свисающую со стола.
- Привет, малышка. Заскучала? – потрепав ее за уши, сажусь на пол, и притягиваю собаку к себе. Вспоминаю, как впервые увидел ее в приюте. Она была маленьким напуганным щенком, которого только привезли из отлова. Я в тот же день забрал ее себе, помыл, накормил, за что получил первый поцелуй ее языка. Но девочка боялась выходить на улицу, боялась людей, звуков, машин – всего. Постепенно мы стали ее тренировать. День за днем учили, учили и еще раз учили выполнять различные команды, быть среди людей, ездить в авто и многое другое. Спустя четыре года я не ожидал от нее такого, как сегодня - в действии, а не в пределах кинологической школы. Все наши старания не прошли даром.