- Потому что у меня нет необходимого образования, - выдаю первое, что пришло мне в голову. Ну, и если быть честной, то здесь я не соврала ему.
- Да уж, похоже, ты просто начертана мне судьбой, - ухмыляется Ник, накручивая пасту на вилку.
- Это почему же?
- Я хочу строить дом. Купил землю, но на этом все остановилось. Я не хочу нанимать людей и платить им кучу денег за рисунок того, что я сам хочу. Но что я хочу – я не понимаю. Самое интересное я знаю, из какого материала он будет, что мне хочется в нем видеть. Но как это сделать правильно, чтобы потом захотелось там жить – понятия не имею.
- Я помогу тебе, – быстро тараторю я. – Я помогу. Я умею это лучше всего! И это будет самой лучшей платой за мое спасение.
- Ты знаешь, тут я даже отказываться не буду и приму твою помощь. Не знаю почему, но мне кажется, что у тебя получится.
- Получится, вот увидишь, - улыбаясь, я делаю глоток вина. - Мне просто нужно немного получше тебя узнать, чтобы понять, что именно сделать.
- Ну, наши тренировки только начались. Поэтому у нас еще много времени. – В его глазах вновь возникает этот взгляд, как в тренажерном зале. Кажется, что я нравлюсь ему, но в его голове всегда идет какая-то борьба.
- Расскажи ты о себе. Как тебе в целом работается в полиции?
- Это достаточно сложно, напряженно. Порой увлекательно. Иногда случается дикий стресс, адреналин, травмы. Но чаще всего эта работа приносит мне облегчение. Облегчение от того, что еще одним говнюком на улицах Нью-Йорка стало меньше. Наступает облегчение, когда родители забирают домой пропавших детей.
- А почему ты живешь один? Почему не заведешь семью?
- Наша работа – это ежедневный риск. Мы не знаем, вернемся ли домой сегодня вечером. Вернемся ли мы целыми. А если к этому добавить семью…., - Ник замолкает. – Представь, скольких людей мы сажаем за решетку и сколькие грозятся отомстить нам. И какого̀ это - иметь семью. Переживать за них каждый вечер.
- Об этом я совсем не задумывалась, - понимающе, соглашаюсь с его мыслями.
- Ну, а ты почему живешь в доме Эвансов?
Черт, черт, черт. Я абсолютно не хочу рассказывать правду обо всем, что было. Но и врать ему я тоже не хочу. В голове наступает беспорядок.
- У меня возникли проблемы с работой, а Алексис моя давняя подруга, - медленно растягивая слова, я продумываю все, что скажу ему. – И Роберт предложил мне работу, когда я гостила у них. И как то так вышло, что я стала жить вместе с ними.
- Ха, и судя по всему, теперь они играют роль твоих родителей, - смеется Ник. – Не обижайся. Но Тайлер и Алексис и правда,похожи на родителей, которые хотят пожурить своё чадо за проделки. Я заметил это, когда приходил в то утро.
- Что есть, то есть. Но я обязана им многим. Они дают мне еду, крышу над головой, работу. Алекс моя единственная подруга. И естественно они желают мне добра…
- Но тебе не хватает свободы, - то ли утвердительно, то ли положительно говорит Ник.
- Верно, - произношу на выдохе, не веря в то, что меня вот так легко можно прочитать. – Как ты понял?
Накручивая на вилку очередную порцию пасты, я отправляю ее в рот. Это невероятный и божественный вкус. Не думала, что холостяки умеют так вкусно готовить.
- Ты очень активная и эмоциональная. И когда ты спустилась к нам в зал, сложилось впечатление, что тебя закрыли в клетке как золотую птицу.
Это так очевидно для него, но совсем непонятно Алексис? Как такое может быть? Мое сердце будто пропустило удар. Бекер открывается для меня с хорошей стороны все больше. Он рассудительный, искренний, внимательный. Это невероятно. Я смотрю прямо в его глаза, пытаясь в них увидеть что-то, чего сама не могу понять. Мне хочется, чтобы этот человек был моим. Мне кажется, что мы были с ним давно знакомы, и он знает меня как свою давнюю подругу. Ник делает тоже самое. Мы молчим и смотрим друг на друга. И все вокруг кажется таким мелочным, незначительным, туманным и далеким. От этого мое дыхание учащается, а тело бросает в озноб и тут же в жар. Удовольствие наполняет мое тело, и чем дольше я смотрю на него, тем сильнее возбуждаюсь. Я не знаю что это такое. Не могу это объяснить. Но он будто мой.
Телефон на столе начинает вибрировать, отчего с неохотой я перевожу взгляд на дисплей – Алексис.
- А вот и мамочка, - пробубнив, я отклоняю звонок и отправляю смс, что со мной все хорошо.
- Я не хотел тебя обидеть своими словами, - извиняется парень.