- Твою мать, - на миг весь кошмар снова вернулся в мою память, и я закрыла глаза. Я желала, чтобы Тайлер мне этого не говорил. Ведь только все стало нормализоваться.
- Да. И Ник расследует это дело. И ты знаешь, чем это может грозить мне, отцу, Алексис и естественно тебе. Ник нашел фотографию в деле отца Брайна, где Мэтью Райт и мой отец пожимают друг другу руки. И тем более Ник знает теперь о том, что Райт старший занимался не только аукционами предметов искусств.
С каждым новым словом, которое вырывается из уст Тайлера, мои пальцы сильнее впиваются в мягкую обивку стула. Костяшки побелели, а в кончиках ощущается боль от силы, с которой я давлю на мебель. Я не хочу открывать глаза, в надежде, что все еще сплю и это кошмар, который должен закончиться. Вереница воспоминаний смешивается с догадками о предстоящем будущем.
- Отец, разумеется, сказал, что покупал только предметы искусства, так как Мэтью мог найти многое, благодаря своим связям. Но якобы ничего не знал о его «другом» бизнесе.
- А что, если Ник выйдет на Миранду. Ведь неизвестно где сейчас Райт. Но эта гадина может такого наговорить, что все наши жизни полетят по наклонной. И я буду первая, - на глаза наворачиваются слезы. – Я знала, что это будет преследовать меня. И чем больше проходит времени, тем явнее я вижу, что была такой идиоткой, решившей, что я не такая, и я справлюсь со всем этим дерьмом.
- Элис, сейчас не время лить слезы по тому, что уже сделано. Нужно мыслить ясно. Скажи, Ник говорил тебе что-то об этом деле?
- Нет. Не говорил. – И что-то подсказывает мне, что не скажет. – Если у него зародилось сомнение относительно Роберта, то и к нам всем, ведь так?
- Нет. Ник ушел уверенный в том, что отец ничего не знал. Нужно узнать, что знает Ник. Когда у вас следующая встреча?
- Ты предлагаешь шпионить за ним?
- Откровенно предлагаю. Если ты хочешь спасти свою задницу и наши, ты должна это сделать. Мы отвели все подозрения от себя. Осталось на корню исключить их появление. И ты нам в этом поможешь.
- Помогу?
- Поможешь, - уверенно ответил Тайлер. Если Ник все узнает, то о моем «идеальном принце» и сказочной жизни можно забыть. Я проведу ее за решеткой, среди ужасных людей.
- А может, я действительно заслуживаю это? Ведь я ввела в это дерьмо кучу девушек.
- Девушек, которые сами этого захотели! -передергивает Тай.
- А Алексис. Она вообще ни о чем не подозревала. Это только моя вина! - уже начинаю переходить на крик.
- Согласен, за это я хочу надрать тебе зад. Но ты делала это из добрых побуждений! Если бы на этом месте стояла любая другая девушка, я бы не обдумывая отправил ее за решетку. Но это ты. Ты - часть семьи. И мы будем все делать вместе и согласованно. Я не позволю, чтобы с моей женой снова приключилась беда. Ты поняла?
Тайлер был груб. Впервые я вижу его таким, и он открывается мне с новой стороны, которой я отчасти не совсем рада. Все это время он скрывал, что я ему не симпатична. Он делал это только ради Алексис.
Сморгнув слезы, я выпускаю из рук спинку стула и медленно отхожу назад.
- Наверное, мне пора найти себе новый дом.
- Что найти?
- Дом. Свой дом. Где я не буду занозой в заднице и напоминанием о том плохом, что сделала для Алекс.
- Элис, постой, - кричит Тайлер, но поздно. Открыв дверь, я выбегаю из кабинета и захлопываю ее за собой. Я знала, что с обратной стороны в замке вставлен ключ, поэтому повернула его, чтобы закрыть Тайлера внутри. Я не хотела здесь больше оставаться. Внутри меня зародилась боль. Боль от того, что я считала этого человека семьей, но он так не считал. Я была лишь напоминанием о плохом. В голове шумели его слова, все тело трясло от обиды и истерики, которая вот-вот грозила вырваться наружу. Я хотела убежать от этого места подальше. И именно это я сделала. Скинув туфли и оставив их валяться на полу, шлепая босыми ногами, я побежала прочь от этого дома. Холодный кафель сменился теплым асфальтом, зеленой травой и перешел в колючие ветки, камни и корни деревьев. Дом Эвансов окружал лес, в который я направилась. Я не знала куда бегу, я просто хотела быть как можно дальше от них. Хотела кричать от боли, которая росла в моей груди. Всхлипы и плач только усиливались с каждой минутой, что я удалялась от дома.
«Если бы на этом месте стояла любая другая девушка, я бы не обдумывая отправил ее за решетку» - словно громом эти слова раздавались в моей голове снова и снова.
Тайлер. Милый Тайлер, который помогал нам, поддерживал, который знает о том, насколько мне тяжело было от того, что я сделала и как наказала себя в этой жизни сама. И он сделал это. Вылил на меня мое же дерьмо и ткнул в него носом. Это подло и мерзко.