Ещё через минуты три, с задравших кормовую часть почти под шестьдесят градусов к небу и изображающих тонущий «Титаник» судёнышек, в воду градом посыпались пираты, пытающиеся хоть как-нибудь спасти свою жизнь. К тому же, как оказалось чуть позже, там команды тоже практически полностью состояли из женщин. И вот тут эльфийские нравы в очередной раз выказали финт своими длинными ушами. Ещё пару мгновений назад готовая драться насмерть и до последнего человека, точнее эльфа, наша капитанша повела своё судно к месту крушения, а матросня принялась оперативно вылавливать из воды своих дальних родственников.
Я-то думал, что нам предстоит зрелище жестокой расправы. И, как оказалось, ошибся. Два вроде бы как ненавидящих друг друга народа вели себя друг с другом подчёркнуто вежливо и корректно. Ни тебе зуботычин, ни пинков или хотя бы оскорблений. Пиратки, оказавшись на палубе, покорно сдавали сохранившееся оружие и аккуратно присаживались в уголке, а матроски даже не трудились их охранять. Когда же из волн извлекли главарей и нескольких магов, те с поклонами передали свои сабельки нашей морской волчице, после чего она с улыбкой пригласила их на пару бокалов креплёного вина, и они все вместе ушли в офицерский трюм. Мы с Ворониным, всё же оставив рядом с пленными пару уже наших человек для охраны, отправились следом…
Ну, что можно сказать, как оказалось, нас ожидала грандиозная пьянка, которую закатила наш шкипер в честь блистательной победы. А заодно я получил кучу поздравлений от проигравшей стороны, не менее радостно участвовавшей в застолье, ну и вдобавок ответы на все возникшие вопросы.
Оказалось, что два эльфийских народа, ещё со времён исхода белоухих на свой остров, находятся в своеобразном паразитическом симбиозе. Тёмные эльфы, как и их божество, оказывается, сильно испугались свершившегося геноцида, к тому же относительно других рас ушастиков не так уж и много, и что те, что эти, уже давно испытывали определённые демографические трудности и лишь чудом, благодаря своему долголетию, ещё не скатились на грань вымирания.
Так что после трагедии у высших эльфов был заключён некий договор, призванный сохранить как можно больше жизней. По нему хоть и не исключались стычки, войны и прочие проявления взаимной «любви» и «симпатии», но если одна из сторон явно терпела поражение, она должна была добровольно сдаться в плен, а победитель обязался сохранить побеждённым жизнь. После чего пленных гарантированно выкупали.
В общем, идиллия и розы, если бы только, по словам Рэйлен, бывшего шкипера корсарской галеры «Ареалеэдах», этот договор постоянно не нарушался. Тёмная эльфа, красивая женщина с чуть раскосым разрезом глаз и серо-коричневой кожей, даже и не думала скрывать, что причина была в первую очередь именно в её сородичах и, чаще всего, коллегах. Ведь продать белоухих пленниц краснокожим людям куда как выгоднее, нежели после удачного боя тащиться в один из своих портов. Особенно если учитывать, что пиратские бригады живут в основном с подножного корма и достаточно редко оказываются у родных берегов.
Да и «высшие» нашей капитанши далеко не всегда рады сохранить жизнь тёмным отродьям. В сегодняшнем же случае вся четвёрка женщин была заочно знакома и обладала очень серьёзной репутацией на море, а потому эксцессов можно было не опасаться. К тому же мы шли на остров, а тёмноухих это вполне устраивало.
Не разделяя оптимизма руководства посудины, мы, с Ворониным и Ву Шу, всё же решили установить дежурства. Трудно сказать, повлияло ли это на что-то или стало лишним проявлением паранойи, но вплоть до захода в порт назначения пленницы вели себя как шёлковые, и часто можно было наблюдать картину того, как представительницы двух народов совместно ухахатываются над «сумасшедшей кентаврихой», методично нарезающей круги вокруг мачты.
Единственное же происшествие, никак не связанное с вышеописанными событиями, случилось ровно через два дня плавания после несостоявшегося морского боя. Где-то на востоке, прямо посередине солнечного дня, глухо долбанул даже не гром, а нечто совсем непонятное. Загоризонтная вспышка была видна даже здесь. Я с Ворониным как раз находился в этот момент на палубе, а потому, когда он побледнел и, чувствительно впившись пальцами мне в плечо, развернул в нужную сторону…
Над морской гладью, где-то очень далеко от нас, медленно, словно во сне, вырастал до боли знакомый грибок ядерного взрыва. Дальнейшие попытки выяснить, «что это было?» – натыкались на один и тот же ответ: «Ареговерс проснулся!» А затем пришла огромная волна цунами, и так как нас загнали в наш трюм, я до сих пор так и не знаю, каким образом кораблик выжил после того, как его захлестнула почти сорокаметровая стена воды. К сожалению, Яна, на знания которой я возлагал большие надежды, оказалась вообще не в теме, и приставать к ней с вопросами особого смысла не было.