- А у тебя какой?
- У меня вместо револьвера вторая палочка, - отмахнулся Драко. – И три Аmazonum sagitta[7]. Должно хватить.
- Ага, ага! - покивал в ответ Гарри. - Тогда, понятно.
Впрочем, было кое-что еще, что он понял из слов Малфоя, но что не стал и не будет с ним обсуждать. Стрелы амазонок – это ведь женские защитные артефакты. Мужчины ими не пользуются, хотя теоретически и могли бы. Но нет: Аmazonum sagitta считается чисто женским аксессуаром, как, скажем, пудреница или губная помада. И, значит, артефакты дала Драко Нарцисса. С ее стороны это был знак особой заботы. Что-то более серьезное, чем накормить, напоить и вовремя уложить спать. Именно это задело Гарри больше всего. Леди Малфой такого рода заботу о сыне проявила, а его мать – нет. Леди Эванштайн такое просто в голову не пришло. И не могло прийти, вот, что важно. Она жила в совсем другом мире, и многих вещей попросту не понимала. Какие-такие боевые артефакты? Зачем они детям? Дети в школе, а Хогвартс – это самое безопасное место в Англии. Да и, вообще, боевые артефакты – не игрушки. Ребенок может случайно пострадать. А о том, что в руках у ребенка волшебная палочка, точно такая же, к слову сказать, как и у любого взрослого волшебника, она не думает. Просто не воспринимает палочку, как оружие, хотя кому и знать о том, на что способна такая вот палочка, как ни ей. Но опять-таки нет. Анна Энгельёэн знает, Нарцисса Малфой и Беллатриса Блэк тоже. Они видят вещи такими, каковы они на самом деле, а Лили Бывшая Поттер живет словно во сне. А между тем, все настолько очевидно, что даже странно, как взрослый, образованный и талантливый человек не понимает таких простых вещей. Это не дети спешат на войну, это война пришла к ним на порог, и в этой ситуации лучше дать сыну женский артефакт, - раз уж другого под рукой не оказалось, - чем оставить его один на один со злом вообще без всего.
«Спасибо Леди Энгельёэн позаботилась…»
Так и есть. Что бы он сейчас делал, не прояви она заботу и понимание? Да, ничего, собственно, не делал бы, потому что обычному пятикласснику практически нечего противопоставить взрослому обученному боевой магии волшебнику. Гарри отлично помнил свое бессилие, когда их в самом конце первого курса атаковали внедренные в Хогвартс боевики. Его одноклассники в своем большинстве точно так же беспомощны, как они с Эрминой тогда, хотя и старше их на три-четыре года. В Хогвартсе не изучают боевые искусства, если не считать конечно кое-какие приемы, рассматриваемые на Защите от Темных Искусств. Но этого, как показывает практика, совершенно недостаточно. Уж он-то знает, потому что кое-чему его все-таки обучили, но занимались этим не мать и не Великий Светлый, а Сириус и Адара Блэк, Тонкс и Лиза с Изабо. Благодаря им, Гарри, Невилл и Сьюзен Боунс освоили несколько весьма эффективных защитно-атакующих связок, и, если придется, смогут, как сформулировала его сестра Изи, продержаться секунд тридцать-сорок против среднего бойца и десять-пятнадцать, если повезет, против опытного боевика. Впрочем, именно эти десять секунд в определенной ситуации могут оказаться критическими, так что не все так плохо. А с таким снаряжением и оружием, которым снабдила их Леди Анна, они получают еще пару шансов на выживание, что, если быть объективным, совсем не мало.
Эпизод 2: Поместья семьи Монктон, 3 ноября1995 года
Пять сообщений от Сириуса, - три записки, доставленных совами, и два телефонных звонка «из города», - два послания от Люциуса и три записки от Беллатрисы. Все они добрались до Анны, как, впрочем, и масса другой корреспонденции, только в десятом часу вечера. В течение дня, вернее, где-то с двух часов пополудни ей было не до почты, поскольку Анна участвовала в операции по деблокированию поместья семьи Монктон. Монктоны были не бог весть каким знатным родом: всего пять поколений чистокровных волшебников при том, что нынешний глава Рода сэр Огастес Монктон, как и двое его взрослых сыновей, был женат на маглорожденной волшебнице. Это и определило его отношение к разгорающейся войне. Являясь убежденным консерватором, как по одну, так и по другую сторону Статута о Секретности, и, получив титул баронета[8] «за многолетний вклад в развитие британской промышленности», Огастес попросту не имел возможности присоединиться к Темному Лорду из-за «расовой» политики, проводимой Волан-де-Мортом. В результате Монктоны довольно долго оставались нейтралами, но в этот раз отсидеться в стороне у них не получилось и пришлось вступать в союз с графиней Готска-Энгельёэн. Вот союзнический долг и привел Анну в Саут-Йоркшир, где находилось поместье «дружественной» семьи. Впрочем, проблема состояла не в одних лишь хозяевах поместья. Являясь патриотом Великобритании в обеих ее ипостасях и просто порядочным человеком, Огастус принял под свой кров порядка полутора десятков семей маглорожденных и полукровок. Однако тех, кто смог бы оказать пожирателям вооруженное сопротивление, собралось под его началом ничтожно мало. Основную массу беженцев составляли женщины, дети и родственники-маглы. Народу, вроде бы много, а воевать некому. Можно сказать, лакомый кусочек для пожирателей, и Генри Хислоп, являвшийся членом Внутреннего Круга и ветераном еще прошлой войны, не замедлил воспользоваться подвернувшейся возможностью. Случайно перехватив курьера, отправленного сэром Огастесом в Лондон, он привел к поместью Монктонов отряд в два десятка бойцов. Большей частью молодняк, конечно, - необстрелянные новобранцы, зелень зеленью, - но были среди людей Хислопа и опытные боевики. Впрочем, взять замок[9] сходу они не смогли, а затем в игру вмешалась Анна.