— Есть что-нибудь интересное? — тихо спросил я у него.
— Ага, — кивнул он, — там столько разного сока и чипсов, что обалдеть можно!
— Да я не про товары! Живность никакую не видно?
— Ааа… Нет. Ничего там нету, только сок да чипсы.
Сок — это хорошо, сок нам пригодится! Но потом. А сейчас надо двигаться дальше. Обогнув холодильник с разных сторон, мы вновь пошли по рядам.
На сей раз, полки были заполнены не продуктами, а хозяйственными товарами: сковородками, чайниками, другой посудой и всевозможной утварью, моющими средствами и прочей ерундой.
Чем дальше я продвигался, тем сильнее становилась вонь и, соответственно, возрастало мое напряжение. Пальцы непроизвольно впились в оружие, а каждая тень казалась изогнутой перед броском фигурой волка.
Источник смрада ожидал нас у дальней стены. Мясной отдел. Притом не маленькое отделение, с двумя жалко висящими колбасками, а настоящая мясная лавка! Застекленная витрина тянулась от одной стены до другой и прямо-таки ломилась от обилия мясных деликатесов! Правда находились они в таком состоянии, что вызывали не аппетит, а желание блевануть.
Особенно убивал контраст, когда рядом с протухшим котлетами лежала вполне съедобная и даже аппетитная на вид колбаса. Вот какой дурак решил, что складывать полуфабрикаты, свою продукцию и колбасу рядом это хорошая идея?
— А разве мясо на ночь в холодильник не убрают? — спросил Игнат, с отвращением разглядывая прилавок. — Халтурщики…
— Судя по вывеске, магазин до часу ночи открыт был, — сказал я, задумчиво оглядывая мясные изыски. — Персонал, видимо, напугался сильно, домой торопились, вот и оставили все как есть, только дверь заперли.
Даже интересно, как сложилась судьба людей, чьи дома остались на Земле? Все ли они ушли в лес, в надежде добраться до своих родных или некоторые прибились к какой-нибудь группе? Надо будет потом Василия порасспросить, может знает чего.
За витриной, у самой стены, стоял массивный мясницкий стол, весь красный от пропитавшей его крови. Из его центра торчал большой разделочный нож. Кто-то из персонала выпендривался, не иначе.
— Разделка туш, на глазах у клиентов! — прокомментировал увиденное Игнат. — Однако, сервис!
Справа от разделочного стола была запертая на засов металлическая дверь. Внимательно осмотревшись и не обнаружив опасности, мы подошли к ней.
— Холодильник, — сходу определил Игнат.
— Глянем? — предложил я.
— Не стоит, вряд ли там кто-нибудь прячется.
— И все же, — настоял я, отодвигая задвижку, — надо убедиться, что угрозы оттуда можно не ждать.
Я чуть-чуть приоткрыл дверь и тут же захлопнул ее обратно.
— Я ведь говорил, — сказал Игнат, зажимая нос рукавом.
Помните, я жаловался на ужасный запах от прилавка? Так вот, это был всего лишь легкий душок! От смрада, что обдал нас из холодильника, слезились глаза.
— Ладно, черт с ним, — согласился я, стараясь унять рвотный позыв, — подопрем столом и хватит.
С диким скрежетом, мы переместили стол вправо, начисто блокируя дверь. В совокупности с засовом это должно было удержать любого, кто попытался бы вырваться наружу. Если, конечно, существует нечто, способное выжить в такой дикой вони.
Мы быстро прошлись по оставшимся рядам, в ходе чего я обнаружил еще много интересных вещей и продуктов, а также дверь, ведущую на склад. Никакой опасности в торговом зале не оказалось.
Семен, как и положено, ждал нас у входа. Ружье он все так же держал наизготовку, готовый в любой момент прикрыть наше отступление.
— Тут все чисто! — сказал я, подходя к нему. — Теперь пойдем на склад.
Используя ту же схему, мы быстро прочесали склад и все прилегающие к нему служебные помещения. После этого, к радости Семы и Игната, мы отправились на штурм винно-водочного отдела!
Тут тоже оказалось тихо и безопасно. Сема с Игнатом радостно лыбились, будто детишки в магазине игрушек. После окончания осмотра, Сема отправился к Василию с докладом, при этом я намекнул ему, что сильно торопиться не надо. Оставшись одни, мы с Игнатом подхватили каждый по корзинке и принялись сноровисто набивать их продуктами.
Дед велел брать еду получше, но проблема в том, что лучшее, давно уже испортилось. Овощи сгнили, мясо тоже, а на молочку я даже смотреть не стал. В такую жару даже сыр в вакуумной упаковке вздулся волдырями. Все это было крайне печально, ведь ставить на стол одни только консервы не хотелось.
Тем не менее, выбор был невелик. Пересилив брезгливость, я снял с витрины четыре палки сушеной колбасы. Авось не отравимся! Возможно, там было и еще что-нибудь съедобное, но от одной мысли, что придется копаться в куче гниющего мяса, мне становилось дурно.