— Мы выезжаем на рассвете, — сказал Бате Дед, — машины уже готовы, и охрана предупреждена. Василий договорился, чтобы нас пропустили без вопросов, а для всех остальных наше отбытие станет сюрпризом.
Батя одобрительно кивнул.
— Если совет прознает, куда вы едете, такой крик поднимется! — сказал он, покачав головой. — Так что лучше пусть как можно позже об этом узнают.
— Или вообще не узнают, — добавил я.
— Странно, что они до сих пор не спросили, зачем мы бульдозер укрепляем, — заметил Дед. — Не могли же не заметить!
— Заметили и еще как! — улыбнулся Батя. — Я сказал, что мы готовим его для штурма «Варановских», стену с его помощью пробивать будем.
— Неужто съели?
— Еще как, даже добавки попросили! — рассмеялся дед Иван. — Теперь каждый день уточняют, когда на штурм пойдем.
Мы тоже засмеялись.
— Что ж они тогда завтра подумают, когда бульдозер с утра пораньше укатит в неизвестном направлении? — все еще улыбаясь, спросил Дед.
— Плевал я на то, что они подумают, — отмахнулся Батя. — Скажу, на полевые испытания выехал, и все.
На том мы и распрощались. Перед уходом, Дед передал командующему рацию, ту самую, что мы принесли из метро.
— Будем держать связь, — сказал он. — В машинах станции мощные, на такое расстояние должно хватить с лихвой.
Командующий кивнул, забирая прибор.
— Вы уж не серчайте, но завтра я вас провожать не стану, — предупредил он, пожимая нам руки, — так что говорю сегодня — удачи!
В первый раз за долгое время меня мучила бессонница. Стоило закрыть глаза, как в голову начинали лезть разные мысли и образы: то гигантский дракон, заглатывает меня целиком, то стая волков набрасывается в лесу и разрывает на части. Но больше всего пугали большие, желтые глаза живоглота, что смотрели на меня из темноты.
Признаюсь — было страшно. За прошедшие недели я слишком привык к безопасности. Привык к стальным дверям, привык к толстым бетонным стенам, привык к тому, что всегда есть крыша над головой. Поход в лес теперь казался мне некой безумной авантюрой.
Сколько тварей мы видели в городе? Дракон не в счет, он явно не местный, а кроме одичавших псов да местного подобия волков тут разве что мартышки иногда встречаются, или как здесь их называют — крикуны. А там? Стоило лишь вспомнить живоглота, это чудище из булочной, как всякое желание лезть в дебри мгновенно улетучивалось.
Я повернулся на бок, обнимая спящую рядом девушку. Ну, на кой черт я куда-то лезу, когда можно лежать вот так, в тепле и уюте? Дурак, наверное, дурак…
На днях Василий рассказал, каких тварей успели повидать выжившие. Оказалось, что не так уж много. Кроме дракона, волков и мартышек, им доводилось встречать гигантских многоножек и крысозавров, которые очень любили сырые, темные места и обитали преимущественно в канализации.
Но самой опасной тварью, с которой приходилось сталкиваться людям, был даже не дракон или живоглот, а зомби. Чтобы убить, такую тварь, ее приходилось чуть ли не расчленять на куски, а потом обязательно сжигать. При этом всегда оставался риск, что хоть один жучок да выживет, и пойдет искать себе нового хозяина.
Благо твари сторонились жуков, а людей для зомби-апокалипсиса маловато. Ну и медлительность самих жуков играла нам на руку. Повышенная влажность сказывалась на их активности, заставляла много спать.
Кстати, перед смертью, Кондрат тоже рассказывал мне про зомби, но тогда я не воспринял его слова всерьез, посчитав их обыкновенной байкой, а оказалось вот как…
Так за страхами и размышлениями, незаметно для меня прошла ночь. Когда за окном прорезались первые лучи рассвета, часы показывали пять утра. Я поднялся и принялся одеваться.
Глава 37: В путь!
Скрипнула дверь и в комнату тихо вошел Дед.
— Готов? — спросил он шепотом.
— Готов, — подтвердил я, застегивая молнию куртки.
Старик кивнул и вышел. Я бросил последний взгляд на Сашу и последовал за ним.
Заспанный вахтер удивился нашему столь раннему пробуждению, но расспрашивать не стал. Молча отворил дверь, выпуская нас наружу.
Как и всегда по утрам, на улице было свежо и прохладно. А еще стоял туман. Слабый утренний свет с трудом пробивал белую пелену и заставлял чувствовать постоянное напряжение. Мало ли, что за сволочь из этого тумана выскочить может…
Мы двинулись вдоль дома. Миновали потухший дозорный костер, рядом с которым не было ни души, и двинулись дальше, к стоянке.