— Все понял, о новостях сверху не забудь рассказать. Мы выдвинемся с самого утра, а завтра к днем, самое позднее к вечеру должны подойти. Конец связи.
Завтра так завтра, будем ждать. А пока ждем можно и делом заняться! Прежде, чем вернуться за Семой, я заглянул в подсобку. Мало ли что там может быть полезного, а может прячется кто-нибудь. Не-то что бы я сильно не доверяю словам Семы, он трус, а трусы пред реальной угрозой смерти не врут. Но береженого, как известно — бог бережет! Лучше проверить.
Стоило только приоткрыть дверь, как в нос мне ударила омерзительная вонь. Там что, туалет забился? Зажав рукавом нос, я все же зашел внутрь и осветил комнату фонарем, то тут, то там на полу виднелись небольшие кучки. То, что зловоние идет именно от них я абсолютно не сомневался. Нет, туалет не забился, эти полудурки им просто не пользовались, предпочитая гадить прямо в комнате.
Все, хватит проверять. Я вышел и захлопнул за собой дверь. Вот уж правду говорят, что иногда люди ведут себя хуже любой скотины.
Назад я двинулся вдоль состава, заглядывая внутрь через окна. В предпоследнем вагоне оказался устроенный бандитами склад и по совместительству спальня. В задней его части друг на друге стояли три деревянных ящика и большой белый мешок, в каком обычно картошку носят. На сидениях беспорядочно лежали несколько курток как та, что была на мне. Судя по всему, они вскрыли и выпотрошили все шкафчики прежде, чем, в прямом смысле слова, загадить помещение.
Проверка доказала искренность Семы. В мешке я нашел много разных булочек, батонов и хлеба. Некоторые уже успели покрыться тонким слоем белой плесени, но все еще аппетитно пахли сдобой. Срезать плесень и можно есть. В ящиках же были аккуратно сложенные пачки сухарей и бубликов.
Целое богатство!
Я надорвал один пакет и с удовольствием захрустел маленьким, хорошо прожаренным сухариком. Вкусно! Я уселся на сидение и, похрустывая сухариками, стал доставать и аккуратно раскладывать рядом с собой содержимое рюкзака. Ревизию, так сказать, проводить буду.
Оружие я не глядя откладывал в сторону, потом разберусь, а остальные вещи после осмотра аккуратно складывал обратно в рюкзак. Кроме еды ничего не пропало, да и мародерка весьма скудной была. Спичками разве что разжился, полезная вещь, да и сигареты ничего. Во время всех войн и конфликтов, спирт табак и наркотики всегда были самым ходовым товаром. Так что сменять сигареты на что-нибудь полезно будет не проблема. Главное, чтобы было кому менять.
А вот деньги — мусор. Их я поначалу хотел выбросить, но потом подумал, что в крайнем случае пойдут на растопку и оставил.
С этим все, теперь оружие! Трофейный пистолет оказался массивным и тяжелым, куда тяжелее «Макарова»! «ТТ» мне был знаком неплохо, даже его модель дома есть! Первый советский самозарядный пистолет, сменивший на вооружении знаменитый бельгийский револьвер «Наган». Гордость Советского Союза, так сказать.
Держать пистолет в руке было не очень удобно. Рукоять угловатая и немного великовата для моей ладони. Но тут ничего не поделаешь, не для удобства его делали, а для войны.
Патрон к «ТТ» калибром «7.62», был подчистую содран с немецкого «7.63» маузер, а немцы в патронах толк знают! Длинная, вытянутая пуля была уже, чем у «ПМ», со слегка заостренным концом, что увеличивало ее пробивную способность.
Тот же «ПМ», к примеру, даже на близком расстоянии не пробьет легкий бронежилет или каску, а вот «ТТ» запросто! Будь у меня эта игрушка во время битвы с крысозавром, хватило бы одного точного выстрела.
Был у «ТТ» и еще один существенный плюс. В отличие от Макарова, фиксатор магазина тут выполнен в виде кнопки на левой стороне рукоятки, как в американском «Кольт-1911», например. Это значительно ускоряет процесс перезарядки, что немаловажно в бою.
Кроме достоинств, были, к сожалению, и недостатки. А именно, отсутствие такой важной детали как предохранитель. Эту функцию выполнял взводной курок. Если слегка потянуть его вниз, не до конца, то спуск и затвор блокируются, и чтобы снять оружие с такого рода предохранителя, нужно взвести курок до конца.
В магазине восемь патронов, патронник оказался пуст. Я поставил затвор на задержку, взял один патрон из лежащей подле меня кучи и снарядил его напрямую, после чего отпустил фиксатор. Рама со щелчком встала на место, заглотив золотистое брюхо патрона. Я вернул магазин на место и слегка взвел курок. Попробовал нажать на спуск, предварительно направив оружие в окно. Спуск был неподатлив, как камень.
Пару взмахов ножом и мой новый пистолет влез в кобуру, которая после очередной операции окончательно потеряла вид, превратившись в настоящие лохмотья. Запасной магазин без труда и весьма надежно разместился в креплении для газового баллончика. Оставшиеся патроны я всыпал в боковой карман рюкзака, к наручникам.