Замеченные мной ранее мужики по-прежнему стояли у эскалатора, словно ничего и не произошло. Все они оказались, как на подбор, крепкими и плечистыми. Их возраст колебался между тридцатью и сорока годами.
Вначале я принял их за рабочих завода, возвращающихся домой после со смены, но теперь понял, что ошибся. Шелковые рубашки с торчащими воротниками, золотые перстни, дорогие часы и массивные цепи выдавали в них местную братву. Понять бы еще, чего такие «четкие пацаны» в метро забыли.
Они тихо о чем-то переговаривались и не заметили моего появления, пока я не подошел к ним вплотную и громко не поздоровался:
— Добрый вечер!
Шепот стих. Пять пар глаз посмотрели на меня в упор и взгляд их был далек от дружелюбного. Повисла нездоровая тишина, которую прервал голос самого низкорослого, но при этом и самого плечистого мужика.
— Чего надо? — зычно спросил он.
— Просто хотел узнать, что произошло, — как можно более дружелюбно ответил я, неприятно удивленный столь холодным приемом.
Мужик пожал своими мощными плечами и как бы нехотя произнес: — Не знаем ничего, может землетрясение было.
Очень мудрое и дельное замечание! Вот уж без него бы точно не догадался… Тряхнуло — значит землетрясение! Стероиды ему, похоже, весь мозг в мышечную массу перегнали.
Вслух я, разумеется, ничего подобного говорить не стал. К чему отношения портить? Да и боязно мне было таким бугаям грубить если честно, никакие хитрые приемчики от грубой силы не спасут.
— Понятно. А как наверху обстановка, не знаете? — продолжая улыбаться спросил я и уточнил: — Получится выйти? Нет завала?
На лице моего собеседника появилось выражение раздражения.
— Да не знаю я ничего, пацан! — резко выговорил он. — Че там? Как там? Вот пристал! Дед вернется, у него и спросишь!
Сказав это, он повернулся ко мне спиной, явно не намереваясь продолжать диалог. Дед, это кто? Один из них? Но тут мне вспомнился бомжеватый старичок, ошивавшийся рядом с этой компанией и в данный момент поблизости не наблюдаемый.
Неужели…
Я еще раз взглянул на компанию и понял, что не ошибся. Никто из них наверх не поднимался, опасались обвала, вот и отправили старика обстановку разведывать, мол, если вернется — значит все хорошо и можно спокойно подниматься.
Трусы!
Меня обуяло глубочайшее презрение к этой компании. Мысленно сплюнув, я отправился мимо них к подъемнику. Глянул вверх. Потолок на месте, даже лампы не побило. Ни следа обвала. Однако торопиться я не стал. Осторожно поставив ногу на застывшую ступень эскалатора, я стал неторопливо подниматься вверх.
Слабость и головокружение больше не давали о себе знать, зато на смену им пришел голод! После тренировки я обычно съедаю пару сникерсов и запиваю их соком. Куча сахара и углеводов — то, что надо! Но сегодня от традиции пришлось отступить, торопился Машку проводить.
Интересно, как она там? Выбралась? Может сидит уже дома и чай с сушками пьет? Хотя нет, это вряд ли, слишком мало времени прошло с того момента, как мы расстались, и до того, как тряхнуло. Значит она тоже сейчас в плену метро, оставалось лишь надеяться, что с ней все в порядке.
Сникерсы, кстати, так и лежат на дне рюкзака, ожидая своего звездного часа. Мысль о близости еды давила на меня, но есть в такой обстановке мне не хотелось совершенно. Делу время, а еде час! Как-то так вроде бы говорится?
Я одолел последние ступени, миновал турникет и оказался рядом с будочкой, в которых обычно восседают самые разнообразные полные тетеньки в возрасте. Именно полные и именно в возрасте. Почему так, не знаю, традиция наверно. Однако сейчас будочка пустовала, не было и охранника, который должен эту будочку вместе с необъемной тетей охранять. Непорядок…
Деда я обнаружил практически сразу. Он стоял прямо за будкой и вид у него был такой, что я на мгновение замер: борода взъерошена, шапка сбита набок, а челюсть отвисла чуть ли не до пола. Выпученными от удивления глазами он смотрел в направление выхода, который был скрыт от меня будкой. Сгорая от любопытства, я приблизился к старику и посмотрел туда же, куда и он.
Глава 2: Открытие
От увиденного у меня глаза на лоб полезли. Это еще что за чертовщина? Глюки? Я моргнул пару раз, потер глаза, но видение не исчезло. Выхода не было. А может и был, но видно его точно не было. На том месте, где взгляд искал привычные стеклянные двери, возвышалась громадная куча песка. Обычного такого песка, золотистого цвета. Он полностью забил проход и все пространство между ним и будкой.