Спустя несколько часов, я обнаружил некую аномалию. Высокие толстые деревья здесь не теснились рядом, а росли на значительном расстоянии друг от друга. Пробелы же между ними буквально наводняли кусты и небольшие группы тонких невысоких деревцев. По мере нашего углубления в джунгли, эти разрывы становились все продолжительнее.
— Странно, — невольно вырвалось у меня, когда между двумя соседними деревьями я насчитал целых двадцать шагов, что почти вдвое превышало предыдущий рекорд. Сказал я это очень тихо, только для себя, но Доктор умудрился меня расслышать и поспешно уточнил:
— Что именно показалось вам странным, Антон?
— Да лес тут какой-то необычный, — ответил я и немного подумав, добавил: — Неоднородный.
— Не вижу ничего странного. Перед нами самый обыкновенный буш!
Обогнув носилки, Доктор догнал меня и пристроился рядом. Он стойко переносил пеший путь, не жалуясь и не требуя поблажек. Но несмотря на это было видно, что дорога дается ему тяжело. Он был бледен, обильно потел, а руки то и дело обхватывали поврежденные ребра.
Несмотря на это он открыто мне улыбался, явно радуясь возможности скрасить монотонность пути беседой.
Услышав слова Доктора, к нам повернулся Игнат, на лице которого читалось легкое удивление.
— Буш? Как президент, что ли?
— Это такой тип леса, — словно не замечая вопроса Игната, пояснил мне Доктор. — Хотите послушать?
Меня разобрало любопытство, и я кивнул.
А Доктор только этого и ждал. Он сделал жест, словно поправляя несуществующие очки, и охотно принялся рассказывать:
— Буш — это очень особенный лес, характерный в основном для Австралийского континента и очень редко встречается в других частях света. Как вы уже наверняка заметили, среди крупных деревьев тут растет огромное количество различных кустарников, папоротников, а также маленьких деревьев. Это густые, труднопроходимые леса. В Австралии они буквально кишат попугаями, но здесь их что-то не слышано.
— Да уж, никогда не думал, что увижу нечто подобное собственными глазами, — признался я, восхищенный рассказом Доктора. — А вы бывали в Австралии?
— Бывал и не раз, — кивнул старый врач. — Эх, молодые годы!
— Тут очень красиво, — сказал я, заметив, что Доктор немного погрустнел. — Австралийцы должно быть очень любят свои леса.
— Еще бы! — вновь оживился Доктор. — Еще в прошлом веке целые племена австралийских аборигенов жили в буше, игнорируя все блага цивилизации. Их еще называли людьми буша. Долгое время европейцы старались доказать им превосходство своей культуры, но безуспешно.
— Невероятно! — искренне восхитился я.
— Невероятно глупо! — снова обернулся к нам Игнат. — Зачем жить в лесу, если можно в хорошем доме?
— Боюсь, что вам, дорогой Игнат, этого не понять! — иронично ответил ему Доктор. Затем он кивнул мне и явно довольный нашей беседой вернулся на свое походное место.
После нескольких часов почти беспрерывного пути, я выбился из сил. Ноги гудели, а плечи так и вовсе потеряли чувствительность. Пальцы на руках разгибались сами собой, отчего постоянно приходилось перехватывать ручки носилок. Но я терпел, лишь пыхтел от натуги и до скрежета сжимал зубы.
Сказать по правде, мне было просто стыдно просить отдыха или смены, Сема вон идет позади меня и ничего. А ведь он старше меня, да к тому же пьет и курит… Нет, нельзя слабость напоказ выставлять, никак нельзя! Под властью этих мыслей я упрямо передвигал ноги, старательно перешагивая, валявшиеся на дороге, сучья и камни.
Еще через час, я уже был готов наплевать на гордость и просить о помощи. Но как раз в тот момент, когда я уже собрался окликать Деда, лес плавно перешел в небольшую поляну, и старик объявил долгожданный привал.
Поставив носилки, я устало сполз по ним на землю. Если в середине пути у меня ломило только руки и ноги, то теперь разболелась еще и спина. Стоило отпустить груз, как по позвоночнику прокатилась волна пульсирующей боли.
Сема прошел мимо меня, бодрый и жизнерадостный. Он выглядел как человек, который хорошо потрудился и теперь имеет право не менее хорошо поесть. Глядя на него, мне стало только хуже. Это какой же я выходит слабак, раз пузатый бандюган, любитель пожрать и поспать вот так меня обставил?
Рядом со мной на корточки присел Дед.
— А ты молодец! — похвалил он меня. — Хорошо шел.
— Да куда там, — устало отмахнулся я. — Вот Сема прямо терминатор! Столько отмахал и даже не запыхался!