После обустройства, люди в черном вместе с полицией взялись реквизировать у жильцов продукты и оружие. По большей части люди сдавали имущество охотно. Они были уверены, что еда вернется к ним в виде пайков, а оружие будет использовано для их же защиты. Однако на следующий день кормить их никто не стал, а набор в дружину не проводился.
На третий день, голодный и злой народ пришел требовать свое имущество обратно. Стоя на крыше подъезда, будто на трибуне, Варанов вновь разразился жаркой речью, в заключение которой обещал, что к полудню выйдет к людям сам и раздаст еду и оружие. В назначенное время во дворе собралась почти все местные жители, однако спустился к ним вовсе не Варанов.
Вместо него во двор вышел отряд выпущенных из местного «СИЗО» уголовников и набранных в подворотнях отбросов общества. Всех, кто за бутылку был готов поднять оружие на мирных людей. Вооружены они были реквизированным охотничьим оружием, некоторые пистолетами, но по большей части ножами и самодельными дубинами.
Напали без предупреждения. Просто подошли вплотную и открыли ураганный огонь по толпе. Около двадцати человек погибли на месте, примерно столько же остались лежать на земле, будучи не в состоянии передвигаться без посторонней помощи. Те, кому удалось скрыться, весь день сидели, забившись в свои квартиры, и с ужасом наблюдали из окон, как добивают раненных и глумятся над телами убитых.
Однако это их не спасло.
Закончив расправу над ранеными, ослепленные вседозволенностью и жаждой крови бандиты стали врываться в квартиры, убивать, насиловать и грабить. Они выплескивали злобу, что накопилась в них за годы лишений и унижений. Выплескивали ее на тех, кто оказывался рядом, будь-то женщина, ребенок или старик.
Не щадили никого.
К ночи, уставшая от насилия банда встала лагерем прямо во дворе, пообещав продолжить веселье утром. После этого в спешке было проведено собрание жильцов, на котором приняли решение организовать совместную оборону.
Всю ночь люди не спали, готовясь к утренней встрече. Пройдя по всему дому, удалось собрать несколько припрятанных охотничьих ружей, ножи, газовые и травматические пистолеты. Брали вообще все, чем можно было убить или хотя бы ранить.
Однако самое главное оружие в предстоявшей битве выставил девяностолетний ветеран Великой отечественной войны, которого весь двор знал, как тихого дедушку Ивана. Он шестьдесят с лишним лет хранил в своей квартире пулемет «Максим». Несмотря на солидный возраст, тот оказался в отличном состоянии и был полностью готов к бою!
С утра, уверенные в своем превосходстве бандиты, вновь засуетились. Однако, теперь, вместо трусливых и покорных людей они встретили грамотно организованное сопротивление, под началом все того же деда Ивана.
С этого момента легкой руки кого-то из жильцов все жители дома стала называть себя «Выжившими».
Дед Иван оказался мало того, что запасливым, так еще и великолепным командиром! Половина наступавших бандитов, оказались сметены первой же очередью из «Максима», остальные, побросав раненых и оружие, в панике сбежали.
В течение следующих суток «Выжившие» вели активные боевые действия против «Варановских». Обе стороны понесли значительные потери. «Выжившим» удалось убить несколько бандитов, а также сжечь часть автомобилей «Варановских».
Но и сами они понесли потери. Восемь человек были убиты, еще с десяток ранены. К тому же они расстреляли почти весь боезапас к пулемету.
Боевые действия зашли в тупик. У «Выживших» не получалось выманить «Варановских» под пулемет, а те, в свою очередь, не могли даже носа сунуть во двор, без риска словить пулю.
После непродолжительных переговоров, стороны заключили шаткое перемирие. Согласно уговору, «Варановские» возвращали половину украденного провианта, а «Выжившие» позволяли им беспрепятственно покидать дом. Двор, разделяющий оба дома, становился нейтральной территорией.
Остаток города, со всеми его богатствами поделить не получилось. Единственное к чему удалось прийти, был договор, согласно которому «Выжившие» и «Варановские» ездили на вылазки по очереди, через день. Однако «Варановские» и не думали соблюдать договор, что один раз уже закончилось стычкой.
— Сегодня наш день, — устало закончил свой рассказ Василий. — Увидев вас, мы подумали, что это «Варановские» опять безобразничают.
— А что полиция? — спросил я. — Не препятствовали?
— Пропали перед самой резней, — развел руками Василий. — Только Рубцов остался, он у них за главного был, а остальные бесследно исчезли.