— Сюда, Франни.
Застыв от страха, она посмотрела на здание, в котором располагались туалеты. Высокая фигура скрывалась в тени узкого прохода в центре этого здания, и на какое-то мгновение ей показалось… Затем фигура выдвинулась вперед и оказалось, что это Ларри в джинсах и рубашке цвета хаки. Франни облегченно вздохнула.
— Я напугал тебя? — спросил он.
— Да, немного. — Она села на качели, биение ее сердца понемногу успокаивалось. — Я увидела фигуру, стоящую в тени…
— Извини. Я подумал, что так будет безопаснее, хотя отсюда и не видно дома Гарольда. Я видел, как ты подъезжала. Свой велосипед я спрятал вон там. — Он указал головой на низкое строение возле игровой площадки.
Франни провела свой велосипед между качелями туда же. Внутри помещения стоял затхлый, неприятный запах. Везде валялись банки из-под пива, окурки, в углу белели дамские трусики, а у входа виднелись следы костра. Франни, поставив рядом оба велосипеда, быстро вышла на свежий воздух. В сумерках, да еще при таком запахе очень легко было представить темного человека, крадущегося за ней.
— Всегда открытое веселое местечко, не так ли? — сухо произнес Ларри.
— Но это же была не моя идея. — Голос Франни слегка дрожал. — Что бы у нас ни получилось, Ларри, но сегодня вечером я расскажу Стюарту обо всем.
Ларри кивнул:
— Да, и не только потому, что он член Комитета. Он ведь к тому же и начальник полиции.
Франни встревоженно взглянула на него. Действительно, она впервые подумала о том, что эта экспедиция может окончиться для Гарольда тюрьмой. Да и они собирались тайно проникнуть в чужой дом и обыскать его.
— Ужасно, — проговорила она.
— Да, не так уж хорошо, — согласился Ларри. — Ты хочешь отказаться от нашей затеи?
Франни долго думала, затем отрицательно покачала головой.
— Хорошо. Думаю, нам в любом случае необходимо все выяснить.
— Ты уверен, что они оба ушли?
— Да. Я видел, как Гарольд рано утром ехал на работу. А все работающие на электростанции были приглашены заранее на пробный пуск.
— Ты уверен, что Надин ушла?
— Было бы чертовски забавно, если это не так.
Франни согласно кивнула.
— Да, кстати. Стью говорил, что они надеются обеспечить электричеством большую часть города к шестому сентября.
— Это будет великий день, — сказал Ларри и подумал, как было бы здорово сесть в каком-нибудь зале с огромной гитарой и с еще большим усилителем и сыграть — что-нибудь очень длинное и простое — на полную громкость. Возможно, «Глорию» или «Прогулку с собакой». Все равно что, только не «Детка, можешь ты отыскать своего мужчину?»
— Возможно, — согласилась Франни, — однако нам следует придумать что-нибудь для прикрытия на всякий случай.
— Может быть, — усмехнулся Ларри. — Скажем, что проводим подписку на журнал, если кто-нибудь из них вернется, а?
— Ха-ха, Ларри.
— Можно сказать, что мы пришли сообщить ей то, что ты, только что рассказала мне об электричестве. Если она дома.
Франни кивнула:
— Неплохо.
— Не обманывай себя, Франни. Она не отбросит подозрений, даже если мы скажем, что только что явился Иисус Христос и теперь он прогуливается по гребню плотины.
— Если она чувствует себя в чем-то виновной.
— Да, если ее совесть нечиста.
— Пойдем, — после минутного раздумья сказала Франни. — Пора.
Но истории прикрытия не потребовалось. Продолжительный стук сначала в парадную, а затем и в заднюю дверь убедил их в том, что дом Гарольда Лаудера пуст. Это было отлично — чем больше Франни думала над выдуманной ими причиной, тем неубедительнее она ей казалась.
— Как ты проникла сюда в прошлый раз? — спросил Ларри.
— Через подвальное окно.
Они обошли дом, и Ларри безрезультатно подергал окошечко, пока Франни стояла на страже.
— Возможно, — сказал он, — но теперь оно закрыто.
— Нет, его просто заклинило. Дай я попробую. — Но и она не добилась большего успеха. Вскоре после ее прошлого проникновения сюда Гарольд очень тщательно стал закрывать все окна и двери.
— И что же нам теперь делать? — спросила Франни.
— Давай разобьем.
— Ларри, но он же увидит.
— Ну и пусть. Если ему нечего скрывать, он подумает, что это просто какие-то сорванцы развлекались, разбивая окна в пустующих домах. Дом действительно кажется опустевшим, ведь шторы везде опущены. А если ему есть что скрывать, это очень обеспокоит его, а ведь он заслуживает того, чтобы поволноваться. Правильно?