Вопросов было несколько, в основном уточнение сказанного Брэдом. Он терпеливо отвечал на каждый, но все же нервно мял в руках свой блокнот.
Когда вопросы иссякли, Брэд сказал:
— Мне хотелось бы поблагодарить всех, кто не покладая рук трудился на станции. И хочу напомнить членам Комитета по электричеству, что он продолжает функционировать. Нужно проверить линии, утечку электроэнергии, необходимо привезти горючее из Денвера. Надеюсь, мы справимся. Мистер Глен Бейтмен утверждает, что нас будет десять тысяч человек к тому времени, когда полетят белые мухи, и намного больше к весне. К концу следующего года нужно будет подключить к сети электростанции в Денвере и Лонгмонте…
— Только в том случае, если удастся справиться с тем ублюдком! — хрипло выкрикнул кто-то из задних рядов.
Воцарилась гробовая тишина. Брэд стоял, сжимая побелевшими пальцами свой блокнот, лицо его было мертвенно-бледным. «Он не сможет закончить», — подумал Стью, но тут Брэд удивительно ровным голосом продолжил свою речь:
— Мое дело — электричество. Но я считаю, что мы еще долго будем жить здесь после того, как тот другой парень умрет и исчезнет с лица земли. Если бы я думал иначе, то собирал бы моторы на его стороне. Но я бы на него не ставил.
Кто-то из зала крикнул: — Ты абсолютно прав!
На этот раз аплодисменты были громкими и продолжительными, почти безумными, но было в этом нечто, что не понравилось Стью. Ему долго пришлось стучать своим молоточком, чтобы успокоить собравшихся.
— Следующий вопрос повестки дня…
— Плевать на твою повестку! — резко выкрикнула молодая женщина. — Поговорим о темном человеке! Поговорим о Флегге! Уже давно пора!
Рев одобрения. Выкрики неодобрения выбором слов, употребленных молодой женщиной. Стук сидений.
Стью с такой силой грохнул молоточком, что у того слетела головка.
— Здесь все-таки собрание! — крикнул он. — У вас будет возможность поговорить о том, о чем вы хотите, но пока председатель здесь я, я хочу… требую… ПОРЯДКА! — Он прокричал последнее слова настолько громко, что оно бумерангом пролетело по залу, и люди, наконец, успокоились. — А теперь, — голос Стью был предельно тихим и спокойным, — отчет о том, что произошло в доме Ральфа вечером второго сентября, и думаю, что сделать это предстоит мне, поскольку я избран для поддержания правопорядка.
Снова наступила тишина, но, как и аплодисменты, приветствовавшие последнюю фразу Брэда, Стью не нравилась эта тишина. Люди напряженно подались вперед, на лицах застыло жадное выражение. Он был неприятно поражен, как будто за последние сорок восемь часов жители Свободной Зоны радикально изменились, и теперь он не понимал, что же это такое. У него возникло то же чувство, что и в Центре вирусологии в Стовингтоне, когда он пытался отыскать выход, — ощущение себя мухой, запутавшейся в паутине. Вокруг было так много незнакомых лиц… Но сейчас не было времени для размышлений. Он кратко описал события, предшествовавшие взрыву, опуская предчувствия Франни; для этого настроение у собравшихся было неподходящим.
— Вчера утром я, Брэд и Ральф, обследовали руины близлежащих трех домов и обнаружили, что причиной взрыва стал динамит, присоединенный к приемному устройству. Бомба была подложена во встроенный в гостиной шкаф. Билл Скенлон и Тед Фремптон нашли еще одну такую же рацию в горах, на Плато Восходящего Солнца, и мы предполагаем, что бомбу взорвали сигналом именно оттуда. Это…
— Предполагаем! — выкрикнул из третьего ряда Тед Фремптон. — Это сделал ублюдок Лаудер и его проститутка!
Встревоженный гул пронесся по залу.
«И это отличные парни? Да им же наплевать на Ника, Сью, Чеда и остальных. Они же настоящие линчеватели! Они хотят только одного: схватить Гарольда и Надин и растерзать их… чем оке это лучше позиции темного человека?»
Стью поймал взгляд Глена: тот предложил ему незаметное, весьма циничное пожатие плечами.
— Если с места раздастся еще хоть один выкрик, я объявлю собрание закрытым, а вы сможете поговорить друг с другом, — сказал Стью. — Это же не ярмарка. Если мы не будем придерживаться порядка, то к чему придем? — Тед Фремптон зло смотрел на него, Стью выдержал его пронизывающий взгляд. Через пару секунд Тед опустил глаза.