Гека подтащили к кресту. От него исходил ужасный, желтушный запах страха; его глаза метались, а потом закатились, обнажая потемневшие белки, словно у лошади, застигнутой бурей.
— Послушай, Мусорщик, — хрипло сказал Гек, в то время как Рой Хупс устанавливал за его спиной стремянку. — Мусорщик! Скажи им, чтобы они остановились, дружище. Скажи им, что я смою с себя пятно. Скажи им, что такой испуг действует лучше любой исправиловки в мире. Скажи им, дружище.
Мусорщик, не смея поднять глаз, смотрел на его ноги. Когда он склонил голову, черный камень отделился от груди и попал в поле его зрения. Красная щербинка — глаз — казалось, вонзил в него свой взгляд.
— Я не знаю тебя, — пробормотал Мусорщик.
Краем глаза он увидел, как Уитни с сигаретой в уголке рта опустился на одно колено. Открыв саквояж, он стал выкладывать на траву острые деревянные гвозди, а затем вытащил большой деревянный молоток.
Несмотря на гул голосов вокруг, словам Мусорщика, кажется, удалось проникнуть сквозь панику в сознание Гектора Дрогана.
— Что ты имеешь в виду, говоря, что не знаешь меня? — дико заорал тот. — Мы с тобой завтракали два дня назад! Ты еще назвал парня мистером Очко. Что значит — ты не знаешь меня, ах ты, мелкий дерьмовый лжец!
— Я тебя совсем не знаю, — повторил Мусорщик, на этот раз более отчетливо. И почувствовал почти облегчение. Он видел перед собой всего-навсего незнакомца — незнакомца, немного похожего на Карли Йатса. Его рука потянулась к камню на груди и обхватила его. Прохлада, исходящая от него, вселила в Мусорщика еще больше уверенности.
— Лжец! — кричал Гек. Он снова стал сопротивляться, его мышцы то опадали, то напрягались, пот градом стекал с груди и рук. — Лжец! Нет, ты знаешь меня! Нет, ты знаешь, лжец!
— Нет, не знаю. Я не знаю тебя и не хочу тебя знать.
Гек снова стал кричать. Четверо мужчин, тяжело дышавших, с трудом державших осужденного, скрутили его.
— Начинайте, — приказал Ллойд.
Дрогана оттащили назад. Один из державших Гека мужчин ударил его ниже колена. Гек упал и теперь полулежал на кресте. Тем временем Уинки начал зачитывать напечатанное на листе так пронзительно громко, что, казалось, его голос разрезал вопли Гека, как вой циркулярной пилы.
— Внимание, внимание, внимание! По приказу Ренделла Флегга, Вождя людей и Первого Гражданина, этого человека по имени Гектор Алонсо Дроган надлежит подвергнуть казни через распятие. Такое наказание определено за употребление наркотиков.
— Нет! Нет! Нет! — завопил Гек яростным контрапунктом. Его левая рука, скользкая от пота, выскользнула из цепких пальцев Головного Очка, и тут Мусорщик инстинктивно встал на колени и снова прижал руку приговоренного, придавив его запястье к кресту. Не прошло и секунды, как Уитни уже стоял на коленях рядом с Мусорщиком, держа наготове деревянный молоток и два грубых гвоздя. Сигарета по-прежнему свисала из уголка его рта. Он был похож на хозяина, который собрался немного поплотничать на заднем дворе своего дома.
— Отлично, подержи его вот так, Мусорщик. А я приколочу его. Не пройдет и минуты.
— Употребление наркотиков не разрешено в нашем Обществе Людей потому, что тогда уменьшается способность употребляющего вносить полноценный вклад в дело вышеназванного Общества, — провозглашал Уинки. Он говорил быстро, словно аукционист, его глаза то вылезали из орбит, то быстро бегали. — Особенно в данном случае, когда у обвиняемого была обнаружена большая порция кокаина и приспособления, необходимые для его употребления.
В этот момент крики Гека стали такими пронзительными, что могли бы вдребезги разнести кристалл, если бы таковой находился поблизости. Голова его моталась из стороны в сторону, на губах выступила пена. Когда шестеро человек — и Мусорщик в их числе — подняли крест, вставляя его в бетонированную яму, по рукам Гека потекли ручейки крови. И вот уже на фоне неба четко обрисовался силуэт Гектора Дрогана с запрокинутой головой, изо рта которого лился бесконечный крик боли.
— Совершается во благо общества, — нервозно выкрикнул Уинки. — Это сообщение заканчивается серьезным предупреждением и приветствиями в адрес граждан Лас-Вегаса. Да будет сей перечень истинных фактов прибит над головой этого подлеца и да будет он скреплен печатью Первого Гражданина по имени РЕНДЕЛЛ ФЛЕГГ!
— О Господи, как БОЛЬНО! — раздался над ними крик Гека Дрогана. — О Боже мой, Боже мой, Боже, Боже, Боже!!!