— Почти сотня пентюхов из наших (Белок) и северян где-то посеяли свои и без того невеликие умишки и вообразили, что им будет слаще поближе к красной земле, подальше от Драконов с их порядками и новшествами, с необходимостью отпускать детей в школу, учиться вести дела не так как было принято от дедов, — между тем не как не мог успокоиться Хравазар, едва ли не с гневом глядя на собеседника. — Что с них взять — идиоты! Но ведь ты-то не такой — взял кредит и завел у себя хороших лошадей (лошадей фермерской породы), купил в городе конные грабли и косилку и вместе со своими старшими (сыновьями) выучился на них работать, младших отправил в школу учиться, засеял два больших поля льном и уже несколько раз получал большую прибыль от продажи льна на фабрику. Ты преуспеваешь… только вот поверь, не долго тебе благоденствовать, как и всем, кто останется в этих краях после ухода Драконов. -
— Почему ты так считаешь? — Шарадун нахмурился и подался вперед, неприятные слова родича впервые его зацепили, нашли отклик в душе.
— Сам повороши угли в голове — ты ведь не дурак, — а вот почувствовавший изменения Хравазар наоборот мгновенно успокоился и даже довольно улыбнулся. — Прикинь, что случится, когда не станет Драконов? — Презрительно взмахнул рукой, будто отгоняя мошкару: — Только не булькай мне всякий вздор про то, что не будет налогов и власти чужаков, а племя Белки заживет как в счастливые стародавние времена, — последние слова он произнес ерничая-подражая дребезжащему стариковскому говору.
— А как по-твоему будет? — еще больше нахмурился, насупился и почти что враждебно уставился на него Шарадун.
— Плохо… плохо все будет, — уже без прежнего напора, но веско с чувством проговорил Хравазар, отпил пива, закусил кусочком жаренной чесночной колбаски и обстоятельно продолжил: — Не знаю как было в стародавние времена, я тогда не жил, лишь слышал о них из рассказов стариков, но то что было до Драконов, помню прекрасно… как и ты должен это помнить. -
Шарадун через силу кивнул, по его спине пробежалась гроздь крупных мурашек, а правая рука без одного пальца помимо воли и до хруста сжалась в кулак. Еще бы ему не помнить тот кошмар?! Кошмар, начавшийся задолго до его рождения! Кошмар, отнявший у него отца, старшую сестру, первую любовь, первую жену, настоящего друга, двух детей, гордость и счастье, да хотя бы тот же палец на руке, ради пьяной забавы отрезанный не в первый раз глумившимися над ним бандитами из банды Косого Упыря! Кошмар, что длился и длился… до прихода чужаков-Драконов!
— Ты намекаешь, что те проклятые времена могут вернуться? — преодолевая себя прямо спросил Шарадун, внутри готовый сразу-смаху врезать калечным, но прочным как булыжник кулаком, если услышит положительный ответ.
— Не намекаю, четко говорю, — смело встретил его взгляд Хравазар (что характерно, кулак-булыжник ему в рожу так и не прилетел), — ходят упорные слухи, что Драконы постоянно отправляют на север отряды уничтожать новые банды — если Драконов не станет, кто будет их уничтожать? И когда они доберутся до нас? Через месяц? Через год? Через три? -
Шарадуну очень хотелось опровергнуть сказанные слова, однако благодаря работавшей в Новой цитадели сестре жены он точно знал: слухи про бандитов на севере это никакие не слухи. Хравазар прав — не станет Драконов и банды доберутся до этих краев, до поселений и богатых распаханных земель, до Шарадуна и его семьи. Доберутся и тогда… думать о том, что случится тогда, ему совсем не хотелось!
— Мы теперь совсем другие, — Шарадун все-таки нашел в себе силу возразить, — у нас есть хорошие луки, кони, купленное у клана стальное оружие, многие живут рядом (вокруг источника красной земли) и могут друг другу помочь. Нам помогут северяне — они не хуже нас знают, что такое власть банд и не захотят вновь примерить на себя такое ярмо! — Его яростная отповедь лишь породила снисходительную улыбку на лице у родственника.