Фыркнула, щелкнула по носу вялого, плохо соображающего Айсмена, чмокнула в щеку не успевшую отстраниться-защититься Салириэль, кивнула Отличнице и была такова, напоследок бросив:
— Услышьте меня и поступите как надо. -
Ошарашенное, растерянное молчание ненадолго опустилось на растревоженный райский уголок — слишком резкая перемена в жизни, судьбе, ощущении мира, стыд, испуг и… облегчение от выдернутой на поверхность тайны, слишком маленький срок, чтобы адекватно осознать последствия случившегося, по-настоящему оценить то ли совет, то ли предложение, то ли приказ… и от кого он исходил? Только от Василисы?! Или все же от самого Главы?!
Неожиданно расхохоталась Исилиэль (нервные нотки внутри ее смеха почти незаметны), отхохотавшись, оглядела с тревогой и вопросом уставившихся на нее родных и сделала милость пояснить причину своей реакции:
— Я же говорила, ''Дракон знает все''! Он знает все! — и вновь закатилась так, что даже не заметила как простыня сползла с ее обнажившегося плеча.
— Не вижу повода для веселья, — хрипло и раздраженно проговорил Айсмен, продолжая обнимать прижавшуюся и спрятавшую лицо у него на плече Салириэль. — Неважно от себя или от Дракона говорила Василиса — мы все равно обманули клан, водили за нос друзей, насвистели насчет ''родства'' и протащили в ряды клана того, тащить кого не имели права. Несмотря на доброе отношение Дракона, неизвестно как это воспримут все остальные. -
— Ой, и правда! — ойкнула прикрывшая рот ладошкой Раирихиэль. Еще крепче вцепившаяся в парня Салириэль пытается удержать слезы в постепенно набухавших глазах.
Еще совсем недавно прекрасный мир словно выцвел и поставлен на паузу — тревожная, давящая атмосфера воцаряется в этом уголке Греческого зала.
— Давайте попробуем без резких движений и спешки последовать полученному совету. Мне кажется, нам стоит довериться Главе… — после нового долгого, наполненного не самыми легкими думами молчания, спокойным и рассудительным голосом высказал свое мнение Ай-Тулин.
Никто из присутствующих так и не смог придумать ничего лучше предложения старого, мудрого, многократно и крепко битого жизнью еврея в молодом эльфийском теле.
Великий храм Трооатэны.
Закатная служба.
Панара — уроженка разгромленных орками и варварами северных королевств, на одну половину человеческой крови (предки происходят из однощитовых рыцарей), на четверть — лесная эльфийка, на четверть — орка. Ныне жена бывшего легионера из бывшей Парнской империи, в статусе домохозяйки.
Великий храм Хозяина Грозы! Первохрам! Разве могла когда-то Панара даже помыслить хоть когда-нибудь увидеть столь удивительное, осененное великой славой и мощью место?! Не только войти в него и вознести молитву могучему, грозному богу, но и познать счастье молиться в нем едва ли не каждый день?! Каждый день зрить золотой божественный свет, открывающие историю мира росписи на внутренней поверхности гигантского купола, статуи героев и святых, наблюдать, как облаченные в белое и золотое жрецы свершают прекрасный обряд почитания хозяина храма, каждый день просят у него милости и силы… просят в том числе и для Панары!
НИКОГДА! Никогда она не могла того предположить…. но вот она здесь, присутствует на каждодневной службе, слышит и в меру сил подпевает торжественному гимну, ясно ощущает разливающуюся вокруг благодать, ощущает силу великого бога вокруг и внутри себя! На ней надето не привычное с детства блеклое, неприметное и специально уродующее фигуру платье или рабочий костюм из лоскутов с намертво пришитым к нему кожаным коробом и идущими в комплекте толстыми перчатками и сапогами до середины бедра, а прекрасное, богатое и скроенное точно по ее фигуре платье из шелка и льна. Ее вечно грязная от тяжелой работы кожа до хруста отмыта от жира и пыли, а непривычно чистые волосы уложены в красивую прическу. И драгоценности! Вызывающе красивые драгоценности… которые она бы никогда не осмелилась носить открыто во время жизни на севере, а если бы осмелилась, то их бы немедленно отобрали, а ее наказали за обладание столь ценной вещью, скорей всего наказали бы не только ее, но и ее родных и соседей (за то что не донесли).
Но нынче все! Те жуткие, невыносимые времена давно прошли! Мерзкие, отравившие все сущее вокруг себя бандиты мертвы! Мертв и установленный ими богопротивный порядок! Нынче Панара без страха носит прекрасное, удобное платье и драгоценности, не боится, что чистая кожа и волосы привлекут к ней внимание и возбудят похоть в мерзких тварях в обличье людей, она больше не ходит, нарочито неуклюже подволакивая ноги и не смея поднять взгляд от земли, не страшится в любой момент услышать резкий окрик за спиной, получить пинок, удар кулаком или плетью, каждый день не ждет известий, что подобная или еще худшая судьба постигла ее родных. Теперь она живет в самом прекрасном городе на свете, у нее есть любимый муж, свой дом (три комнаты и большая кухня в многоквартирном доме Ремесленного района), она досыта ест каждый день и каждый день может посещать величественный храм могучего бога. Впервые за 29 лет своей жизни она счастлива, она словно находится внутри прекрасного сна и боится лишь одного… проснуться.