— Искупаемся? — предложил Витька, которого не сильно волновало наше уязвимое положение.
Я секунду раздумывал. А почему бы, собственно, и нет? Раз уж приперлись сюда, надо бы и освежиться. Я не мылся несколько дней — последний раз принимал душ в бараке у тети в квартире.
Раздевшись и положив оружие поближе к воде (но не слишком близко, чтобы случайно не шлепнулось в озеро), мы зашли в воду. Вот будет весело, если окажется, что это кратер от атомной бомбы и миллион рентген в данный момент вовсю массируют каждую нашу офигевшую клеточку… Я постарался об этом не думать.
Витька весело нырял, сверкая голым задом, отфыркивался, плавал на спине. Я тоже нырнул и, открыв глаза, рассмотрел зеленое дно без намека на рыб. Вода в озере скапливается благодаря дождям и после недавней грозы вышла из берегов — поэтому ил нарос не у кромки воды, а глубже. Я заплыл метров на двадцать от берега, где дно было на глубине двух человеческих ростов. Из ила выпирали какие-то причудливые структуры, похожие на глиняные фигуры… У меня никак не выходило их как следует разглядеть.
Наконец, мне надоело, и я вылез на берег. Никто не нападал, было тихо и очень жарко из-за безветрия, и я сел обсушиться на разложенную на “такыре” одежде. Витька еще какое-то время бултыхался, потом выбрался ко мне.
— Смотри, что нашел, — сказал он, одной рукой отбрасывая мокрую челку, а другую протягивая мне ладонью вверх. На ладони лежала зеленая бусинка.
— Что это?
— Не знаю. На дне нашел случайно.
Я взял бусину и поразился, до чего она тяжелая. Будто из свинца. В то же время полупрозрачная, с многочисленными серебристыми тяжами внутри.
Меня пронзила нехорошая догадка.
Отчего возникают всякие тяжелые элементы в природе? От ядерного синтеза или распада.
И где вал земли, выкинутый из кратера при взрыве? Мы оба упустили этот простой факт и, наверное, подсознательно по этой причине не восприняли кратер за что-то опасное. Ну, и молчание моего апгрейда сыграло роль, естественно.
— Олесь, а что если это воронка от метеорита? — предположил Витька. — А зеленая штука — остаток от самого космического камня?
— А где земля, которая выплеснулась из кратера?
— Испарилась, — тут же ответил Витька. — Из-за высокой температуры. Превратилась в пар, и его унесло ветром.
— Точно!
Молодец Витька! Как я сам не додумался?
Если это результат падения метеорита, то все становится на свои места. Никакой радиации нет, земля испарилась, а сам удар разрушил город. Я вздохнул. Падение тунгусского метеорита наделало шороху в 1908 году, когда не было соцсетей, — что произошло бы в наше время, упади такой мощный метеорит?! Сейсмическая волна не прошла бы незамеченной, крик поднялся бы до небес. Никаких вариантов — я не в своем мире. Или в будущем, или в параллельном измерении.
Есть от чего подвиснуть. Я и подвис, видимо, раз сижу голый на дне гигантской воронки и как ни в чем не бывало загораю, ни о чем не переживая. Очевидно, чрезмерные впечатления и шок приводят в конце концов к противоположному результату — полному расслаблению и пофигизму.
Ну и ладно. Я жив, здоров и не в карцере. Наоборот, свободен как никто.
— Возьмем с собой? — с азартом спросил Витька, имея в виду зеленый камушек. Его страсть к собиранию разного не-хлама никуда не делась.
— Возьми, — равнодушно разрешил я.
Мы начали одеваться, и я с грустью посмотрел на свои поношенные и залатанные шмотки. Другой смены одежды у нас нет — некогда было прихватить, торопились свалить из Вечной Сиберии. А это плохо. Когда-нибудь — скорее всего, очень скоро — она развалится на лоскуты, а заменить нечем.
— Знаешь что, Витька? — сказал я. — Есть идея. Слышал такое слово — “шопинг”?
Я “припарковался” у одного более-менее целого здания о шести этажах. Сзади здание было ровное, а спереди — уступчатое: второй этаж был меньше первого, третий — меньше второго, и так далее. Таким образом, на каждом этаже образовывались широкие террасы. У здания имелся подземный гараж, заваленный мусором и кусками шершавого камня. Неизвестно, откуда взялись эти камни — стены первого этажа сохранились в целости, включая стеклянную, ни трещинки не отыщешь.
Чутье и опыт меня не подвели: на первом этаже располагался бутик. И — тут нам повезло — бутик мужской одежды.
Бутик занимал большую площадь, заполненную рядами висевшей на вешалках одежды, и ничем особенным не отличался от тех магазинов, к которым я привык. Правда, на выложенных геометрическим узором потолках не было ни намека на светильники или то, к чему они раньше крепились. Пол на вид мраморный или сделанный из материала, похожего на мрамор. В нескольких местах у круглых колонн белели тумбы, чем-то похожие на те, что постоянно встречались на дороге, но гораздо компактнее, мне по грудь.