Проникающий взгляд Ленина неприятно покоробил. Каменев засмыкал полу френча. Всего четыре дня, как Егоров, врио командюжа, утвержден приказом РВСР командующим фронтом, не без вмешательства Кремля. Дошли до Знаменки слухи: якобы из Харькова, от члена Реввоенсовета Южфронта Сталина, был резкий звонок по поводу двухмесячной волынки с утверждением.
Сейчас, вспомнив, Каменев почувствовал, что именно его, главкома, считает Ленин первым волынщиком.
— Что предпринимает главное командование? Почему в Донбассе заминка с наступлением?
Вмешался Склянский:
— Владимир Ильич, заминка действительно имеется… Конармия должна стремительно выдвинуться в Донецкий бассейн и занять железнодорожные узлы Попасная, Дебальцево и Иловайская… Но Буденный медлит, ждет, когда подтянутся соседние армии, Тринадцатая и Восьмая. «Добровольцы» тем временем могут соединиться с Донской армией…
Ленин невольно поморщился, качая осуждающе головой; обращался к поникшему главкому, сопровождая слова резкими жестами.
— Предупреждал вас!.. Учтите нашу слабость, возможно, связанную со славянским характером… Мы недостаточно настойчивы и выдержанны в преследовании поставленных целей. Опыт показывает, один раз на востоке, другой на юге… в решительную минуту мы не сумели оказать сильного напора, позволили бежавшему врагу подняться на ноги. Нет ни тени сомнения… правительства Западной Европы готовят планы спасения Деникина, усиливают помощь. Понимают, как велика опасность, грозящая ему от Советской России! Сейчас началась полоса побед, вы должны помнить… от нескольких недель зависит, кончим мы войну полным уничтожением противника или снова обречем десятки и сотни тысяч людей на продолжительную и мучительную войну. От того, сумеем ли мы удесятерить наши усилия, зависит возможность не только победить до конца, но и уничтожить врага, завоевать себе прочный и долгий мир.
Склянский опять было попытался вмешаться, но Ленин остановил его взглядом. По стиснутым челюстям, угловато выступившим скулам заметно, с каким усилием сдерживается, чтобы не сказать резкость зампреду Реввоенсовета. Явно не ожидал Склянский такого оборота. Каменев, понимая, кому обязан за столь высокий визит, почувствовал себя третьим лишним.
— Дело в том, Владимир Ильич… — заговорил он взволнованно, — Деникин собрал на линии Бахмут — Попасная — Ирмино, по данным разведки, три кавкорпуса, пехоты до двух дивизий и до десятка бронепоездов… Прикрыть эвакуацию частей Добровольческой армии к Таганрогу и Ростову, вывести их из-под удара Четырнадцатой и Тринадцатой армий. Боюсь, ему это удастся…
— И я боюсь, Сергей Сергеевич… Преступно терять бдительность за пять минут до победы… и через пять минут после…
К Каменеву вернулись прежний тон и деловитость; наклонился к десятиверсткам, разложенным на столе, за которыми его застали.
— Я готовлю директиву командующим Шорину и Егорову… Левому флангу Южного фронта и правому Юго-Восточного продолжать согласованное наступление на юг для овладения соответственно районами Таганрог — Ростов-на-Дону — Нахичевань и Новочеркасск. Ближайшая задача Шорину — захватить станцию Миллерово.
Владимир Ильич тоже потянулся к карте. Внимательно следил за карандашом главкома.
— Южному фронту… преследовать остатки Добрармии, — развивал свою мысль Каменев. — Разгромить окончательно, не дать отойти в Крым или сесть на суда в гаванях Бердянска, Мариуполя и Таганрога. Для их захвата выделяем части Конной армии, основную массу конницы Буденного бросаем на Ростов и и Нахичевань. Конкорпус Думенко овладевает Новочеркасском и переправляется через Дон у станицы Аксайская.
— Когда думаете взять Ростов и Новочеркасск?
— Вероятнее всего, до десятого января.
Удовлетворенный ответом, Владимир Ильич прошел к глухой стенке печи, украшенной изразцовым кафелем, прислонил ладони, с видимым наслаждением воспринимая тепло.
— Новочеркасск и Ростов брать… Брать как можно скорее! Взятие их имеет архиважное значение. На Южном фронте решается сейчас исход войны с белогвардейцами и империалистами. Разгром Деникина, при том, что Колчак и Юденич почти уничтожены, может изменить самым радикальным образом наше международное положение. Война, возможно, не закончится сразу, тем не менее для всякого государства станет ясным… надежды раздавить Советскую Республику военной силой потерпели крах.
Остановился у стола с телефонами. Трогая пальцем аппарат, продолжал:
— Чичерин в Юрьеве нынче заключает перемирие с эстонцами. Без сомнения, на Эстонию давят Англия и Франция. Клемансо угрожает… дескать, посмейте только пойти на мир с большевиками. Ллойд Джордж склонен к компромиссу. Англичане, сообщает Чичерин, ставят перед Верховным советом Антанты вопрос о снятии блокады с России. Это не означает изменения империалистской политики. Вовсе нет! Но нам важнее всего экономическая сторона вопроса. Мы сможем получать машины для восстановления промышленности. Наступит новая полоса социалистической революции.