Выбрать главу

— Может, и оружие уже раздает им?

— Нет. Пока что «товарищи» не откликнулись. В рабочих кварталах и на заводах тишина.

— Пока… При первых признаках большевистского восстания… немедля сообщить мне. Сейчас переговорю с Орловым и наведу порядок. У меня на Перекопе красные висят. Сегодня-завтра будут атаковать. Все!

С порога обернулся.

— Вам, господин Шаров, не кажется… было бы удобней, если б вы свою контору со связью переселили бы ко мне?

Контрразведчик нехотя поднял голову. Чувственные губы досадливо кривились.

— Отнюдь. Наша работа требует, так сказать… уединения.

— Однако деньги за  в а ш у  работу вы требуете из казны  м о е г о  корпуса.

— На разведку же… для вас.

— Не больно-то ваши агенты расторопны. Я больше от пилотов узнаю.

Фрост уже в аппаратной.

— Есть связь с «Европейской», ваше превосходительство!

Молодец, без слов понимает. Чувство гадкое… Нет, не Орлов…

Шаров скорее.

— У аппарата генерал Слащов! Требую капитана Орлова.

Лента замерла. Ищут. Митингует, наверно… Ага, пошла.

«У аппарата капитан Орлов. Слушаю вас».

— Приказываю! Первое… освободить всех арестованных! Второе… снять свои посты. Третье… лично явиться ко мне с объяснениями. Жизнь гарантирую.

«За жизнь свою не боюсь. Арестованных могу освободить. Я взял власть в тылу на себя, чтобы укрепить фронт, и не собираюсь выходить из-под вашего подчинения. Все. Орлов».

— Уже вышел…

Из-за плеча тянулся к ленте Дубяго. Больного подняли.

— Ссво-олочь! Он мне фронт развалит! Где я возьму части?

— Яков Александрович, успокойся… Ну поиграет Колька Орлов в восстановление великой России… Это же испуганные интеллигенты. Что они могут?

Сиплый от простуды голос начальника штаба только раздражал.

— Открыть красным дорогу в Крым! Мало?

— Может, удастся еще договориться с герцогом?

— Подставная фигура. Ничего он не решает. Разве… Лукьянов. Еще кто? Май-Маевский в «Кисте»… Ну-ка, прапорщик?!

Перестал метаться из угла в угол. Упершись руками, навис над столом шифровальщика.

— Начальнику штаба крепости Севастополь. Капитан Орлов с офицерами арестовал генерала Субботина и других генералов. Приказываю вам и генералу Май-Маевскому… Два бронепоезда у них?

— Один.

— …прицепить к бронепоезду платформы для орудий и солдат, посадить крепостной полк и двигаться к Симферополю. Ждать дальнейших распоряжений.

Его высочество князь Рома́новский герцог Лейхтенбергский пожаловал к полудню. Слащов смутно помнил его перед германской долговязым вертлявым лейтенантом. Располнел, но ладная флотская форма пока скрадывает. Топча свежевыпавший снежок, несколько раз прошлись туда-сюда по платформе. Разговора, однако, не получилось. Размахивая длинными руками, родственник «злодейски убиенных» Романовых нудно поучал. Слащов, сцепив на эфесе пальцы, терпеливо отмалчивался.

— …Спасение армии… в возврате к славным традициям старого добровольчества. Затронутую гангреной разложения армию никакими… заметьте, никакими реорганизациями оздоровить невозможно. Мы считаем необходимым сформировать исключительно на принципах строгой добровольности отборные войска, которые выступят на фронт только после полной… Я подчеркиваю, полной экипировки…

Начальник обороны Крыма сосредоточенно разглядывал носки разбитых сапог. Надо бы новые… Ничего иного в голову не лезло. Свора отборных дезертиров!.. Понакрутили, лишь бы в тылу отсидеться…

— …Эти здоровые крепкие части станут прочным скелетом в рыхлом теле деморализованной армии, своей доблестью и честностью будут подавать пример развращенным и вдохновлять слабых…

На развращенных действует один пример… виселица. Слабых вдохновляют победы. А победы приходят только к честным фронтовикам, к таким, как он, Слащов. А не к тыловым интриганам…

— И напрасно вы с таким предубеждением относитесь к капитану Орлову. Еще при Соломоне Крыме, когда красные подошли к перешейкам, Орлов организовал первую офицерскую дружину и вышел на Перекоп. Его же отряд первым отказался подчиняться крымскому краевому правительству, этим жидо-татарам, и признал власть Добровольческой армии. Сам генерал Корвин-Круковский очень высоко отзывался о нем…

Прибежал Фрост. Переминаясь, протягивал, непонятно кому, телеграфный бланк.