— И что же? — с интересом спросил Агис, приподнимаясь на локтях. — Что же мы ответим?
— «Так решил Господь», конечно же! — расхохотался Аркан.
Следы действия ортодоксальной флотилии они увидели уже к полудню: каждый пирс, причал и гавань на обоих берегах Рубона были сожжены. Посреди реки, на одной из песчаных кос, торчал обгорелый остов большого когга — похоже, кто-то из купцов решил оказать сопротивление… Тут и там на высоких берегах или островках виднелись повешенные с табличками на шеях, где разъяснялись их прегрешения.
— Жестоко, — проговорил Чертополох. — Это что же — стратегия выжженой земли?
— Это — прагматичный подход, — пояснил Рем. — Флот будет идти от города к городу, уничтожая или забирая все суда и реквизируя запасы продовольствия. Когда оптиматы пойдут за нами — они будут натыкаться на пепелища, голодные пустые селения, вычищенные до последнего зернышка амбары и трупы фанатиков, которые посмеют оказать нам сопротивление. Мы не звери — устраивать геноцид никто не собирается, пусть мирные жители бегут прочь от реки!
— И создают панику, и поднимают цены на продовольствие… — маг прищурился. — Кажется, я читал о чем-то подобном в записках одного популяра, опубликованных в прошлом году в Тимьяне. Там речь шла о восстании гребцов на Низац Роск! Вроде как мятежники шли от острова к острову, опережая эскадру преследования едва ли на сутки, но этого хватало — и погоня, прибывая на место, встречала одни опустошения и повешенных единоверцев, и не могла пополнить запасы провианта и питьевой воды, получить отдых и получить подкрепление в живой силе. Это как-то по-варварски, не находите?
Аркан молча рассматривал темные воды реки. Вниз по течению, из Кесарии, плыл мусор: тряпки, закопченные деревяшки, какие-то огрызки и обрывки всех самых разных видов, и трупы — много трупов. Похоже там, в столице, с утра пораньше, взялись за уборку…
— Варварство — это хватать людей в рабство, заковывать в кандалы, и хлестать их плетью, рассекая спину до позвоночника, — проговорил он. — Просто представьте себе: я вернулся домой из университета, искал лошадь в конюшне, а мне дали дубинкой под коленки и утащили в вонючий трюм, сделали рабом. Я — свободный человек, баннерет, у меня — образование, планы на жизнь, куча дел в Аскероне, но этим мерзавцам было плевать на меня и мою жизнь. С точки зрения гезов я представлял собой живой движитель, ценный ровно настолько, насколько могли работать мои мускулы. Нынешний кунингас Севера — Микке Ярвинен, и Разор — один из лучших войсковых командиров современности, и Патрик Доэрти — великолепный медик, организатор и кавалерийский офицер, и многие другие, талантливые и благородные люди — все они были сведены до состояния кусков мяса, махающих веслами. Гезам было плевать на наши мечты, надежды и планы, они хотели употребить наши тела, прожевать и выплюнуть наши жизни! С чего бы мне жалеть тех, кто сделал с нами подобное? Мы сожгли Малую Гряду, освободили невольников и убили всех, кто сопротивлялся. И ушли в Аскерон. А когда я стал герцогом — то вернулся в силах тяжких, и сжег весь Низац Роск, и теперь — мы отстраиваем его заново. И знаете, что будет дальше?
Буревестник оглянулся, как будто желая рассмотреть Кесарию, которая давно уже скрылась за поворотом великой реки. Его глаза горели, а на давно не бритых челюстях играли желваки.
— И что же? — подал голос Агис, который прекратил перебирать свои трофеи из туринн-таурского консульства и теперь слушал внезапную отповедь Аркана.
— Почему бы не повторять старый трюк раз за разом, если он работает? Тем более — популяры сейчас с нами по одну строну баррикад, и вряд ли они станут учить оптиматов, как справиться с подобной напастью… — ветер трепал волосы Буревестника, голос герцога был уверенным и мрачным. — Мы пройдем вниз по Рубону Великому, сквозь земли тех, кто убивал нас в Кесарии. Вайсвальд, Роттерланд, Краузе и другие — их лучшие отряды сейчас в стлице, их корабли — по большей части или в наших руках, или сожжены, или будут сожжены. Мы поимеем их так же, как поимели гёзов… И мы вернемся — в силах тяжких, все мы: Арканы, Фрагонары, Аквила, Бергандали, Корнелии, а еще — Тимьян и Смарагда, Север и Юг! И сделаем с ними то же, что я сделал с Низац Роск! Уничтожим до основания, а потом выстроим все заново, только еще больше! И лучше!
— Страшное будущее нас ждет, — Чертополоха передернуло от арканвского пророчества. — Где бы найти тихую гавань, чтобы пересидеть его в тепле, с бокалом вина и в окружении парочки симпатичных женщин?