- Ну что ж, вся семейка в сборе. – Проговорил большой Джим. – От лица присутствующих, я рад снова приветствовать моего сына за общим столом.
Родственники вновь обратили свои кислые мины в сторону молодого человека, сделав это не по своему желанию, а единственно в угоду главе семейства.
- Консуэла, подавай горячее. – Рявкнул здоровяк.
Толстая мексиканка засуетилась, вынося парующие блюда и миски за стол. В считанные минуты умелая домработница заполнила длинный стол тарелками с ароматной едой, и семейство Кларков приступило к трапезе. Не обращая внимания на Шелдона, каждый сидящий за столом был занят своей тарелкой, и всегдашней нехитрой болтовнёй. Тётка и мать перекидывались сплетнями о знакомых и соседях. Отец и сестра говорили о покупке нового автомобиля. Мальчуган Калем без особого энтузиазма ковырял в тарелке, и украдкой, чтобы не увидел большой Джим, от скуки корчил рожи старухе Солсбери. Старая перечница недовольно поглядывала на всех, но ела с завидным аппетитом, что-то иногда бормоча себе под нос. Шелдон был голоден, но ел медленно, время от времени, обводя взглядом своих многоуважаемых домочадцев.
В таком размеренном темпе прошло минут пятнадцать-двадцать, пока тётка Хезер, намеренно возвысив голос, не обратилась к Шелдону:
- Дорогой мой мальчик, как твоё самочувствие?
- Спасибо тётя, я чувствую себя хорошо. – Ответил парень.
- Лечение доктора Брауна оказалось успешным? – приторным тоном продолжала Хезер.
- Ну, во всяком случае, он честно старался помочь мне…
- Ой, он такой вежливый и тактичный. Но нам с твоей матерью кажется, что он немного странноватый, или это в силу возраста. Хотя он слывёт лучшим специалистом в округе по душевным недугам. У него такой большой опыт, сорок лет — это не шутки! Говорят, что он возвращал в социум даже законченных сумасшедших, которые лаяли словно собаки, и измазывались собственными фекалиями… - продолжала сыпать бестактным словоблудием женщина в очках.
Большой Джим строго на неё посмотрел.
- Моя болезнь не настолько запущена, тётя. – Отвечал, смутившись, молодой человек.
- Многие так думают, а потом вдруг начинают потихоньку слетать с катушек. Ну, там, начинают говорить сами с собой, или под машину бросаются… а потом вдруг ненароком зарежут кого-то из близких людей… - кудахтала Хезер.
- Тётя, я вменяем…
- А ведь твой несчастный отец верит в тебя. Он столько возлагает на тебя надежд! Он не жалеет денег на клинику доктора Брауна. Иногда, мне кажется, что он ни о ком столько не думает, сколько о тебе! Никому так не пытается помочь, как тебе!.. – причитала миссис Джонс.
- Хезер, закрой рот. – Резко проговорил хозяин дома.
Болтливая женщина вздрогнула, нахмурилась, и, опустив глаза, с ожесточением стала поглощать пищу.
- Тётя, вы вся в предвкушении некоего будущего злодеяния? Какая у вас, однако, бурная фантазия. – Засмеялась Лолита, переглядываясь с отцом.
- Я просто обеспокоена состоянием твоего брата. – Сухо бросила тётка Хезер.
- Какая вы у нас сердобольная! – иронично произнесла блондинка, - Вот, берите пример с моей мамаши. Она себе сидит и спокойно ест, не забивая голову всякими глупостями, и уж точно не думает о помешательстве Шелдона.
- Лолита, я обеспокоена состоянием Шелдона, не меньше отца. – Нехотя проговорила Кларисса.
- Я знаю, тётя, что вас угнетает и не даёт покоя, - продолжала подшучивать Лола, не обращая внимания на слова матери, - подобные мысли всё лезут в вашу голову от недотраха. Давно никто не наведывался в вашу скромную мохнатую пещерку. Лучше фантазируйте на досуге о загорелых накаченных жеребцах и их длинных приборах.
- Лолита, прекрати паясничать. – Сделал замечание дочери большой Джим.
- Как скажешь, папа.
Блондинка сделала вид что послушалась, а когда отец отвернулся, показала тётке неприличный жест ртом, заложив язык за щеку. Хезер метнула взгляд ядовитой кобры на наглую племянницу, но молча, проглотила обиду, продолжая интенсивно работать челюстями.