- Планы меняются, мы выдвигаемся сегодня.
- Почему? - нахмурился тот. - Что-то случилось?
- Пока нет, но мне кажется, что анты не так дружественны к нам, как ты говорил.
- Да, я тоже это заметил, - отозвался молодой человек, - и не могу понять причин, по которым нам не оказали должного приема.
Эмерик выглядел по-настоящему озабоченным, и я еще раз подумала о том, что, наверное, зря подозревала его в двуличности. Было похоже на то, что он и сам был сбит с толку происходящим. Во всяком случае, вел он себя совершенно естественно. Поэтому, взвесив все за и против, я решила обратиться к нему за помощью. Наши охранники к тому времени вышли из помещения, чтобы покормить лошадей, так что я могла говорить свободно, не опасаясь, что нас услышат. Опустившись на низкую деревянную скамейку, я жестом пригласила его последовать моему примеру и, понизив голос до шепота, спросила:
- Я могу тебе доверять?
- Конечно, - не задумываясь, ответил молодой человек.
- И ты сразу скажешь мне, если тебя что-то не будет устраивать?
- Я не понимаю, зачем ты задаешь мне эти вопросы... - нахмурился Эмерик.
- Сейчас поймешь, - я помолчала несколько секунд, собираясь с мыслями. - Когда Джарк отвел меня к своему отцу, вождю антов, я кое-что увидела...
Я бросила на собеседника многозначительный взгляд, но тот и бровью не повел.
- В покоях Раймунда есть потайная комната, которую он использует как тюрьму.
- Ничего удивительного, - пожал плечами Эмерик. - Это в порядке вещей. У нас говорят, что врагов нужно держать как можно ближе к себе.
- Ты хочешь сказать, что у Ияри тоже есть такая комната?
- У него - нет, - покачал головой Эмерик. - Он ведь общается с богами, ему не положено.
- Ясно. Так вот, человек, которого Раймунд держит возле себя, очень дорог мне. И я бы хотела его освободить. Конечно, я не могу принуждать тебя рисковать своей жизнью, однако мне бы очень пригодилась твоя помощь.
Прежде чем ответить, молодой человек довольно долго молчал. Мне были понятны его сомнения. С одной стороны, Эмерик был связан обещанием, данным Ияри, но, с другой, он был вольным человеком, свободным в своем выборе. В какой-то момент мне показалось, что он откажется участвовать в моей авантюре, однако он вдруг поднял на меня глаза и кивнул:
- Я помогу тебе.
- Ты не обязан...
- Да, знаю. И тем не менее. Что от меня требуется?
Признаться, этот вопрос застал меня врасплох - до этого главной моей целью было заручиться поддержкой Эмерика, и я даже не задумывалась о том, как, собственно, буду вызволять Мурсили. К счастью, мой собеседник сам пришел мне на помощь.
- У меня послание к Раймунду от нашего жречества, - задумчиво проговорил он. - Возможно, мне удастся договориться о том, чтобы можно было его озвучить на центральной площади.
- Разве это не личное послание? - удивилась я.
- Да, конечно. Но там, в основном, общие слова о братских отношениях между нашими народами, заверения в вечном мире и так далее. Обычно такие вещи говорятся во всеуслышание для пущей важности. Так что если все получится, у тебя будет время для того чтобы проникнуть в покои вождя и попытаться освободить твоего друга.
- И ты это сделаешь для меня?
- Почему бы и нет? - улыбнулся Эмерик. - Я помню тебя с тех пор, как впервые появился среди венедов. Возможно, ты не до конца понимаешь, кем все это время была для нас.
- Кем же? - полюбопытствовала я, поскольку, на самом деле, не задумывалась об этом.
- Почти богиней, - без тени улыбки сообщил молодой человек. - Воплощением непознанного, недоступного пониманию. Поэтому, даже если мне придется умереть за тебя, я сделаю это без колебаний.
- Благодарю тебя, друг мой.
Расчувствовавшись, я наклонилась к Эмерику и поцеловала его в лоб, чем немало смутила юношу. Густо покраснев, он опустил глаза вниз, и я впервые заметила, какими густыми и длинными были его ресницы. В другом месте, в другое время он бы пользовался огромной популярностью среди женщин. Что ж, подумала я, возможно, его еще ждет это.
В этот момент на пороге появился Фарамонд и, бросив на меня вопросительный взгляд, сообщил о том, что кони накормлены.
- Как скоро мы сможем отправиться в путь? - поинтересовалась я, стараясь одновременно наметить пути отступления, если моя затея провалится.
- На рассвете.
Мужчину удивил мой вопрос - судя по всему, он рассчитывал пробыть здесь, как минимум, несколько дней. Подумав, я решила, что обязана посвятить его во все подробности опасного дела, которое нам предстояло провернуть. Конечно, о том, кем на самом деле являлся Мурсили, я умолчала, сказав только, что должна помочь ему. Однако, как оказалось, мой телохранитель был осведомлен гораздо лучше, чем я предполагала. Молча выслушав меня, он нахмурился и с сомнением покачал головой.