Я продолжала тратить свою молодость на работу. К счастью, Морн прислушался к моим словам и стал тщательно отбирать журналистов, с которыми мне приходилось иметь дело. Он выбирал только проверенных и высококвалифицированных специалистов.
Каждая работа требовала тщательной редактуры и правки, и я отлично справлялась со своей задачей. Мой босс продолжал интересоваться моим мнением, и я, предвидя это, составляла список недочётов и упущений. Я описывала их в отдельном документе и прикрепляла его к каждому интервью.
Иногда наши мнения совпадали, а иногда мне действительно не хватало опыта. То, что я считала ошибкой, на самом деле было распространённым приёмом, который позволял добиться более откровенных деталей. Хотя я и считала это не совсем корректным, я понимала, что это может быть полезно.
В «Брукс» мы отходили от всех стандартов, которые прививали нам в Колумбии, когда речь шла о «правильных» журналистах. И, признаться, к моему удивлению, мне начинала нравиться эта профессия.
Морн призывал меня быть более напористой, утверждая, что людей нельзя завоевать лишь красивыми словами. Есть такие личности, которые понимают только язык силы.
Я не смогла сдержаться и пошутила, что даже это не помогло мне взять интервью у моего дедушки. За свою шутку я поплатилась одним выходным днём. Поэтому сегодня я пришла к Лейн в плохом настроении.
Несмотря на то, что я уже выполнила всю работу в «Брукс», учёбу на завтра никто не отменял.
Что ж, отдохну на том свете.
Конечно, он мне не расскажет. Признаться в этом — значит, подписать себе смертный приговор. Я не уверена, что Бел поделится со мной этой информацией, но всё же решаю рискнуть и пишу ей.
Вивиан:
«Мы можем увидится сегодня, но если ты расскажешь мне кое-какую вещь. Это очень важно.»
Пока подруга печатала ответ, я успела зайти в «Прайс» и дойти до лифта.
Беверли:
«Расскажу, если информация не секретная. Когда ты будешь дома?»
Вивиан:
«Уже.»
Едва успеваю переодеться, как в квартире раздается нетерпеливый стук в дверь.
С порога Бел накидывается на меня, крепко сжимая в объятьях. От нее пахнет табаком и ирисом, предполагаю, что пришла она прямиком от Рика.
Приглашаю войти, закрывая за ней дверь.
— Где Майкл? — Кидает через плечо подруга, направляясь к моем холодильнику.
— С Олби и Норманом в автомастерской.
— Ничего нового. — Ухмыляясь кидает она.
Я знаю что она делает - создает вид, будто между нами точно такие же отношения, что и прежде. Нам с Майклом тяжело, она это знает, но слова Бел ощущаются так: признается самой себе, сломается так же, как и мы. Поэтому никто из нас об этом не говорит в слух.
Напряжение будет между нами до тех пор, пока все не прояснится.
Подруга достает из холодильника наполовину пустую бутылку вина и разливает его остатки по бокалам. Взглядом приглашает подойти ближе. Я же стою, держась на комфортном для меня расстоянии. Не знаю как девушка отреагирует на информацию, которую я хочу получить.
— О чём ты хотела поговорить?
— О взрыве.
Одно это слово вызывает у Бел беспокойство и тревогу. Её взгляд блуждает по моему лицу, пытаясь понять, откуда я знаю. Главный вопрос — как много мне уже известно? Волнует ли меня только этот инцидент или я утаиваю более обширную информацию?
— Рик рассказал?
Я отрицательно качаю головой и на мгновение замечаю облегчение на её лице. Однако оно исчезает прежде, чем я успеваю осознать его причину.
— Майкл слышал его разговор. — Мой брат сегодня точно не сможет сдержать икоту — сколько раз мне ещё придётся его упоминать?
Какое-то время она собиралась с мыслями, прежде чем наконец заговорить.
— Два года назад фургоны с оружием взорвались. В этом обвинили Рика. — В голосе подруги сквозит неприкрытый гнев. — Посчитали, будто он протестует, как подросток, — она фыркает и отпивает вино. — Это была подстава. Но доказательств нет, а значит, он должен был доказать свою преданность.
— Какой ценой? — тихо спрашиваю я, чувствуя, как ускоряется пульс и начинает пульсировать в висках.
Она медленно поднимает на меня взгляд, от которого мне становится не по себе: колючий, полный ненависти.
— Ценой свободы всех, кто ему доверял.
******
Рик
Беверли, не дожидаясь ответа, стремительно вошла в мой кабинет. Я поднял на неё усталый взгляд, пытаясь подавить желание заснуть прямо за рабочим столом.
— Моя королева...
— Оставь это для Бемби, — отмахивается она, направляясь к креслу напротив. Она плюхается в него с такой силой, что деревянные ножки скрипят по паркету.