— Я стесняюсь, ясно?
Мой рот открывается в немом «А». Я медленно перевожу взгляд от Нормана к Олби, который едва не плачет от смеха.
— Первые сорок лет мальчика — самые трудные, — бормочу я, зажимая переносицу пальцами и делая глубокий вдох.
Клянусь, ещё немного, и мне придётся откачивать Диаса.
Встаю и направляюсь к нему. Передаю наполненный жидкостью шприц и отправляюсь в свою спальную комнату.
Олби уже не остановить, его заливистый смех превращается в крик бешеной чайки.
— Когда закончите, приберите за собой!
*****
Олби и Нормар ушли примерно через час.
Когда дедушка вернулся от Бел, мы отправились в торговый центр. Купили всё необходимое: продукты, одежду и другие товары, которые закончились дома.
Ближе к вечеру пришёл Майкл. Пока они с дедушкой смотрели телевизор, я готовила ужин.
Я запекла картошку с курицей под горчично-медовым соусом. Нарезала лёгкий салат и разложила всё по тарелкам. Дедушка предпочёл чаю коньяк, который принёс Майкл. Я же не разделила его восторг от алкоголя, поэтому заварила себе любимый авторский чай дедушки и поставила его рядом со своим местом.
За ужином мы обсуждаем последние новости и планы на Новый год. Вспоминаем, как проводили свободное от школы время, и разговариваем обо всём на свете. Это было время невероятного расслабления и удивительной гармонии.
Дедушка рассказывает мне случай из нашего детства. Когда нам с Майклом было по восемь лет, летом мы стали свидетелями первого дождя после двух месяцев засухи. Мы играли около дома на небольшой поляне, за которой простирался густой лес.
Внезапно дедушка услышал ужасные крики и выбежал под дождь. Его сердце замерло от страха, он думал, что случилось что-то серьёзное. Однако мы с Майклом были так увлечены игрой, что не заметили, как угодили в небольшую яму. Мы смеялись и звали на помощь, чтобы нас вытащили. Мы были все в грязи и листьях, но зато невероятно счастливы.
Я хорошо помню, как думала, что могу задохнуться от смеха — настолько сильно меня рассмешил Майкл.
Это был второй год, как он стал частью нашей семьи. Тогда он начал привыкать к мысли, что его родители больше не придут, и его семья — это мы.
За окном всё ещё шёл мокрый снег, как будто напоминая, что погода тоже помнит те дни, о которых мы говорили.
С удовольствием слушаю, как дедушка с ностальгией вспоминает свои гонки, особенно о последнем заезде, который определил его судьбу. Он понимал, что не имеет права на ошибку, и ему нужно было приложить все усилия, чтобы одержать победу над сильным соперником.
— Он, конечно, заставил меня попотеть, — с улыбкой говорит мужчина. — Это была самая важная гонка в моей жизни. Последний круг казался мне бесконечным, а время, которое всегда ускользало, превратилось в тягучую массу, что заставляло меня сомневаться в своей способности одержать верх.
Я бы сказала, что сейчас моя жизнь похожа на череду кругов, связанных со временем.
Закончив свой рассказ, дедушка погрузился в молчание. Его мысли, вероятно, вернулись к прошлому. Он явно скучает по своей бурной молодости. Интересно, скучает ли он по моей бабушке?
Мама и дедушка всегда с теплотой рассказывали мне о Варваре. Они описывали её невероятную грацию, стройную фигуру, нежный, как бархат, голос и добрый характер, который сочетался с гордостью, проявлявшейся в умении постоять за себя. Мама говорила, что в детстве я напоминала ей бабушку.
— Дедушка, — мой голос вывел его из задумчивости, — «Брукс» хотел взять у тебя интервью в те времена.
Он кивнул.
— Эти надоедливые журналисты постоянно интересовались моей личной жизнью после смерти Вари. Спрашивали, почему я не женился во второй раз.
— Морн попросил меня взять у тебя интервью, — честно призналась я.
Дедушка ухмыльнулся, не скрывая раздражения. Я поспешила объяснить:
— Но я дала понять, что это произойдёт только по твоему желанию. Я не прошу тебя об этом. В любом случае, выбор за тобой.
Всё это время Майкл наблюдал за нашим разговором, не переставая есть курицу.
— Что они хотят знать? — спросил он.
— Всё.
Он хмыкнул, как будто говоря: «Кто бы сомневался».
— Ну, этого они не получат. Давайте сделаем так, — в глазах мужчины загорается азарт, и я приподнимаю бровь в ожидании продолжения. — Рик ведь не дома? Когда он приезжает?
— Послезавтра, — отвечает Майкл. Я удивленно смотрю на него, а он лишь пожимает плечами.
— Отлично, нам не к спеху. Как только он приедет, мы устроим заезд. Если ты выиграешь, я дам тебе интервью со всеми подробностями, которые от тебя ждут.