Все тело Рика покрыто татуировками, а свободного места практически не осталось.
— Да он всё лето пропадал в салоне, — отмахивается Бел, тяжело дыша. — Садист хренов.
Ноги мужчины стоят на ширине плеч, свет от фонарей падает на его аспидно-чёрные волосы, которые достались ему от отца. В таком виде он казался ещё прекраснее, чем когда-либо. Чёрные глаза искрились пламенем в нашу сторону. Взгляд зафиксировал нас с подругой, прожигая дыру.
Проглотив подступающую истерическую усмешку, я продолжала сидеть. В голову приходит мысль убираться отсюда.
Вы когда-нибудь пробовали ехать на скорости 120 км/ч задним ходом? И я нет. Но, кажется, самое время проверить.
Я не могла отвести от него взгляда. Да, я только что в очередной раз сделала то, что вызывало в нём приступ агрессии в мою сторону.
Да и плевать.
Прайс сдвинулся с места и уверенным шагом направился к моей стороне. К горлу подкатил ком.
Я не хочу признавать это, но я скучала.
Костяшки его указательного и среднего пальца постучались по стеклу. Не сводя взгляда с места, где секунду назад стоял Прайс, я нажимаю на кнопку, и стекло опускается.
Всем своим нутром я ощущаю вибрации раздражения, которые исходят от него. Парень наклоняется прямо к моему уху, его палец касается растрепанной и прилипшей к виску пряди. Заправив её за ухо, он продолжает молчать.
От этого прикосновения к моим ушам и щекам поступает кровь, где-то в глотке я ощущаю собственное сердце, которое намеревается выпрыгнуть прямо к его ногам. Дыхание замедляется. В груди не на шутку разгорается пожар, по пути воспламеняя каждый участок кожи, каждую нервную клетку.
Беверли сидит так же неподвижно. Я не знаю, куда она смотрит, но уверена, что не на брата. Мы ведём себя как две идиотки, стараясь не встречаться с ним взглядом.
— У вас просто завидная привычка с определённой периодичностью вляпываться в дерьмо, — напряжённый низкий голос Рика звучит прямо у моего виска. Мне жизненно необходимо, чтобы он отошёл от меня как можно дальше, потому что в лёгких закончился воздух.
— Беверли, милая, где я не ясно дал понять, чтобы ваши задницы держались подальше отсюда?
— Там же, где я ясно выразилась о том, что мне плевать на твои приказы.
Он обводит нас взглядом, медленно, почти мучительно. И я, наконец, решаюсь повернуть голову в его сторону.
— С каких это пор нам запрещено появляться на арене? Это так... просто для уточнения, — язвлю я.
Наши лица находятся на опасном расстоянии друг от друга. В нос бьёт запах табака, вперемешку с сандалом.
— С тех самых, когда началась ваша учёба.
— Серьёзно, Рик? — лицо Бел вытянулось от удивления. Она склоняется к панели, чтобы рассмотреть брата. — Хорош уже. Актёр из тебя так себе.
В одно мгновение лицо Рика переменяется. Кривая усмешка касается его губ, лицо расслабленно. Он выпрямляется и вскидывает руки к небу.
— С приездом, Кларк.
К моей тачке выбегают друзья, улыбаясь во все тридцать два зуба. В руках Нормана рупор, в который он кричит:
— Попалась!
Я, в шоке, поворачиваюсь к подруге, на лице которой застыло язвительное выражение.
— Да я посмотрю, ты всё знала, — хмыкаю я, скрещивая руки на груди.
— Прости, сладкая, я не смогла удержаться.
Боже... какие же они идиоты.
Глава 3
Кровать ходуном ходит подо мной. Рука врезается в подушку, и я стону. Шум не прекращается ни на мгновение.
Какого хрена?!
Открываю глаза и сразу упираюсь взглядом в потолок. Сумрак, окутавший комнату, даёт мне время привыкнуть. Помимо посторонних звуков, слышу своё ровное, размеренное дыхание. Поворачиваю голову к прикроватной тумбочке и смотрю на электронные часы. Час ночи.
Откидываю простынь, сажусь и опускаю ноги на пол. Их сразу же обволакивает приятный на ощупь ковёр. Касаюсь ладонью лица, провожу по глазам. Шум, кажется, становится ещё громче, и это начинает действовать мне на нервы.
— Что, мать вашу, происходит? — бурчу в ладонь, параллельно ощупывая халат рядом.
Как только нахожу его, накидываю шёлковую ткань и плотно фиксирую завязками вокруг талии. Встаю и направляюсь в сторону гостиной. Миную коридор — музыка звучит и там. Я на пределе, чтобы не влететь в стену головой, моё раздражение выкручено до точки кипения. Ничего не соображая, пытаюсь понять, почему так дико раскалывается голова. Хочется пить. Подхожу к холодильнику, достаю оттуда бутылку холодной воды и практически залпом осушаю половину. Пластик характерно трещит под натиском моих пальцев.