— Входи.
Вижу этого подонка с самодовольной ухмылкой. Здравый смысл тут же покидает меня.
С яростным криком бросаюсь к нему, сметаю со стола документы, которые раньше лежали аккуратной стопкой. Гарри остается невозмутимым. Скрещивает руки на груди и подпирает подбородок. Из моих ноздрей едва не вырывается пар.
Чувствую, как лицо заливает краска.
— Ты закончила? — спокойно спрашивает он. — Один мой приказ, и твои мозги разлетятся по стенам. Просто напоминание, где ты находишься и что позволяешь себе.
— Попробуй, — рычу я и хватаюсь за край его стола. Он мне надоел до тошноты. Я видела его чаще, чем своё отражение в зеркале. — Даже на том свете я смогу наблюдать, как твой отец ответит за тебя перед Триадой. Умник.
Рик прав. Мне действительно стоит поработать над коммуникацией.
Куда подевался мой самоконтроль?
— Ты переоцениваешь себя. Никто не заметит твою смерть.
Несмотря на пренебрежительный тон, в его словах чувствовалась нервозность. Воздух между нами наэлектризовался, готовый вспыхнуть от малейшего прикосновения. Один щелчок — и все превратится в бушующий огненный вихрь, который я с удовольствием устрою.
Да, я безрассудна. Глупа и всё ещё не до конца понимаю, что делаю. Но в одном я уверена — сейчас он не убьёт меня. Он со мной ещё не закончил. Пока он не выжмет из меня всё до последней капли, трогать меня не посмеет.
— Ты начала разговор неправильно, Кларк.
— Ты подослал своего человека к Рику, чтобы он взорвал мой автомобиль. Тебе не кажется, что это ты начал не с того?
Гарри хмурит брови, сводя их вместе. На лбу появляется напряженная складка, над которой едва видны тонкие морщины. Губы сжаты в тонкую линию. Дыхание становится частым.
— Ты ведь не думаешь, что проблема в машине? Это представление не для тебя.
— Конечно, я здесь ни при чем. Всё из-за Рика и твоей ненависти к нему. Но я не понимаю, зачем ты заложил бомбу в мой автомобиль.
— Всё просто, — Джонсон всплескивает руками. — Ты — его ахиллесова пята. Я напомнил ему, что может случиться при неподчинении.
— Рик тебе не подчиняется, Гарри. Кажется, ты переоцениваешь себя. Не волнуйся, я с удовольствием покажу тебе, где твое место.
Джонсон теряет терпение и вскакивает из-за стола, принимая такую же боевую стойку, как и я. Мы смотрим друг на друга, словно два упрямых барана.
— Босс? — В кабинет без стука заглянул один из приспешников Джонсона.
— Выйди на хрен! — рявкнул он.
Я обрадовался, что он не плюнул мне в лицо. Гнев исказил его самодовольную рожу.
— Хочешь, покажу, кому он реально подчиняется?
— Конечно, я покажешь. Но только после очередной доставки груза. За этим я сюда и приехала, верно?
Мужчина сжал челюсти. Его лицо исказила гримаса боли. Казалось, у него защемлён лицевой нерв, и он не может пошевелить ни одной мышцей.
— Исида хреново на тебя влияет. Рик всем своим подчинённым позволяет так разговаривать с боссом? Или только тебе?
— Он мне не босс.
— Но ты приехала сюда по его приказу.
Он обошел рабочий стол.
— Условия здесь устанавливаю я, — Гарри сделал шаг ко мне, его лицо приблизилось так, что я почувствовала его дыхание. — И ты будешь делать то, что я скажу, нравится тебе это или нет.
Он протянул руку и коснулся моего подбородка. Я резко отпрянула, что только развеселило его.
— За тобой следят. И если ты сбежишь, то рано или поздно тебя найдут.
— Пусть попробуют. Я не боюсь.
— О, я знаю, что ты храбрая, — Гарри снова усмехнулся. — Но твоя смелость может обернуться против тебя. Ты слишком много знаешь, Кларк. И если ты не будешь осторожна, то можешь потерять всё.
— Всё, что у меня есть, я уже потеряла, — я ответила тихо, но твёрдо.
Гарри снова нахмурился, его взгляд стал задумчивым. Он помолчал несколько секунд, а затем сказал:
— Хорошо, Кларк. Ты можешь делать то, что хочешь. Но помни, что я всегда буду рядом. И если ты сделаешь что-то, что меня разозлит, то последствия будут серьёзными.
*****
Мы ехали по шумным улицам Манхэттена, мимо высотных зданий и толп людей. В воздухе витал запах мокрого асфальта, выхлопных газов и уличной еды. Это был Нью-Йорк — город, который никогда не спит, но сегодня он казался особенно враждебным.
Томас сидел рядом со мной на пассажирском сиденье, периодически сверяясь с картой и навигатором. Он пытался найти оптимальный маршрут, а я сосредоточилась на дороге.