Меня уже не волнует, что я единственная без купальника среди гостей. Хотя и жалею, тут стало так душно. Если меня не убьёт алкоголь, то убьёт этот невыносимый жар. Мне действительно не помешало бы охладиться. А то, чего доброго, и совершу что-нибудь безрассудное. Например, залезу в бассейн голой.
Тихо хихикаю про себя, представляя, как охренеет Рик.
Погружаю сначала одну ногу, затем другую, ощущая, насколько прохладная вода. Нарастающее блаженство внутри меня становится до одури прекрасным. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы не издать блаженный стон. Вместо этого я резко ныряю в воду с головой. Холод обволакивает меня целиком, проникая всюду, где ещё секунду назад было нестерпимо горячо. Приятным бонусом становится лёгкое отрезвление. Я готова расцеловать Рику ноги за то, что он не включил подогрев, и расцеловать себя за лучшее решение этого вечера. Потому что самое хреновое решение этого вечера — остаться тут. Завтра меня будут отдирать от кровати как коровью лепёшку.
Плыву к другому краю бассейна, и воздух в моих лёгких заканчивается именно тогда, когда я собираюсь вынырнуть. Удивлённый визг вырывается из моего горла, когда я в очередной раз за этот вечер встречаюсь с Риком глазами. Он выглядит довольно спокойным, однако его небольшое раздражение выдают напряжённые скулы и поджатые в тонкую линию пышные губы. Перевожу взгляд на них и глотаю скопившуюся слюну во рту.
Почему её так много? Секунду назад её не было.
Прайс склонился ко мне, сидя на корточках. Внимательно изучая пытливым взглядом своими ониксовыми глазами. Я не двигаюсь, наслаждаясь его присутствием, хотя он и вторгся в моё личное пространство. Перевожу взгляд на его глаза и рассматриваю почти что чёрные крапинки вокруг зрачка.
— Смотрю, тебе уже легче, — констатирует он.
Киваю и отступаю на шаг назад, первой разрывая дистанцию. Ему нельзя так близко находиться ко мне, это пьянит сильнее выпитого мартини. Вижу едва заметную ухмылку на его губах.
Не знаю, что его позабавило: тот факт, что я опять пытаюсь сбежать от него, или тот, что я пьяна.
— Не вздумай начудить, Вивиан. Иначе это плохо кончится, — его голос понизился до предельно опасного тона.
— О чём ты? — стараюсь не выдать своё волнение, мысленно молясь о том, чтобы он не устроил очередную словесную порку при людях. И я действительно не понимаю о чем он говорит.
— Я предупредил тебя. Решишь совершить очередную глупость, — он делает небольшую паузу, как раз в тот момент, когда Норман окликает меня. Я оборачиваюсь назад и вижу, что рядом с ним уже стоят Говард и Олби, искусно делая вид, будто не замечают нас с Риком, зато Рамиресса нисколько не смущает этот факт, и он смотрит на нас в упор.
Прайс все еще продолжает сверлить меня взглядом, словно пытаясь прочитать мои мысли. Я чувствую, как моё сердце начинает биться быстрее, но стараюсь сохранить внешнее спокойствие.
— Вивиан, ты ведь знаешь правила, — напоминает он.
Я киваю, хотя внутри всё кипит от противоречивых эмоций. Его близость и строгий тон одновременно завораживают и раздражают меня.
— Не переживай, Рик, я всегда держу себя в руках, — сухо отвечаю я.
Идиотское правило, которое придумал Рик — не спать с его друзьями.
Не очень то и хотелось.
Тёмная мысль проскальзывает в моём голове, заставляя нутро сжаться.
Что если...
Почему именно сейчас он стал разговаривать со мной дольше трёх секунд? И по какой причине он всё ещё стоит около меня и пытается вбить в голову правила, на которые я чхать хотела.
— Ты ведь знаешь, что за любым нарушением следует наказание, — заканчивает Рик.
Я не отрываю взгляда от глаз Нормана, выискивая в них хоть намёк на то, что закралось в мою больную голову. И клянусь, я вижу в его глазах целый легион демонят, которые пляшут, отбивая чечётку в такт моему сердцу.
Какого хрена из всех наших близких людей ненавидеть он выбрал именно меня?
— Да, да. Хорошо, — кидаю ему слова так, словно они были самым лёгким пером в жизни.
Он тяжело выдыхает, и это обжигает мою кожу на затылке. Я уже жалею, что одолжила резинку для волос у незнакомой мне девушки и собрала их в пучок.
Не знаю зачем, но я одним движением снимаю её, и волосы тяжёлым грузом падают на мои плечи, погружаясь в воду. Не говоря больше ни слова, я отплываю от него, всячески игнорируя недовольное сопение, и направляюсь к друзьям.