Выбрать главу

Майкл интересуется, как я провела время у ребят, отпускает пару шуток о том, что я никудышная сестра и подруга, раз не позвала их с собой. А я, в свою очередь, отстаиваю свою невиновность и напоминаю ему, что это произошло случайно и я вовсе не намеренно пошла туда пить.

Пока брат убирает за собой бардак, который он натворил, я прокручиваю в голове, когда успела заработать синяк на коленке. Я падала? И какого черта у меня так ломит поясницу...

В квартиру врывается Беверли.

Не с ноги — и на том спасибо.

Девушка быстро целует меня в висок и идет на помощь брату.

— Где мой кофе?

— В магазине, — подначивает Майкл, за что получает затрещину.

— Отойди, изверг. Кто так перемалывает зерна?!

Бел вырывает из рук парня кофемолку и внимательно рассматривает содержимое, затем переводит взгляд на меня.

— На зубах не скрипит?

— Всё в норме.

— А то я смотрю, бледная, как яйца Рика.

Я давлюсь своим кофе, который только что отпила, а Майкл хохочет как ненормальный.

— Кстати, он-то и причастен к тому, что Вивиан сегодня хуже дерьма.

— Да, в курсе. Говард выдал вас с потрохами.

— И твой брат, естественно, в бешенстве? — язвлю я.

— Естественно.

— Вообще, это его обычное состояние. Так что я не удивлена.

Пока Беверли варит себе кофе, Майкл присаживается у моих ног, закидывает их к себе на колени и принимается разминать стопы. Постепенно напряжение в ногах пропадает, а я готова лужей растечься под пальцами Майкла.

Это напоминало вечера дома. За окном ужасный холод, дедушка растопил камин, мама варит горячий шоколад, а папа выбирает, какой фильм мы будем смотреть. Майкл массирует мои ноги, Блэк — мой пёс — устроился позади, играя роль подушки. Я окутана заботой и тёплым семейным вечером.

К нам часто присоединялись Прайсы, и Блэк, как последний засранец, уходил к Рику. Уютно пристраивался на свободное место рядом с ним, клал голову на колени, а Прайс ласково его наглаживал.

Справедливости ради, Беверли занимала место Блэка и позволяла мне облокотиться на неё.

Я любила каждый вечер, проведённый с ними. Каждый смех, улыбку и шутки, которые отпускал папа и дедушка. Каждую застенчивую фразу матери и наши с ребятами крики под фильмы ужасов. Это делало меня счастливой.

— Посмотрим фильм? — словно читая мои мысли, предлагает Беверли. Мы с братом соглашаемся.

Беверли просит меня подвинуться, присаживаясь сзади. Скрещивает ноги и стучит рукой по правому бедру, приглашая меня лечь. Я уютно устраиваюсь между подругой и братом. Как же мне хорошо.

К чёрту Прайса и его любовь. У меня есть любовь моих друзей и семьи. Без него я смогу прожить.

Наверное.

Майкл выбирает боевик. Ну мой брат не был бы братом, если бы не выбрал «Форсаж». Он слишком хорошо меня знает.

Пока герои фильма делали кучу тупых вещей, я размышляю над тем, как похожа наша жизнь. Естественно, без опрокидывания грузовиков и выезда с грузового самолёта на его взлёте, однако мы каждый день рискуем своей задницей для повышения адреналина в крови. В мире столько разных способов это сделать, но мы выбрали скорость.

Беверли хоть и любит гонять, но делает это очень редко. Чаще всего она мой штурман. На пассажирском сиденье ей намного комфортнее. Думаю, это связано с тем, что она попала в аварию в прошлом году. Отделалась лёгкими ушибами, но машину было не восстановить. Рик, естественно, купил своей сестре новую тачку, но, тем не менее, она постоянно стоит на паркинге.

Майкл вообще далёк от этого всего и больше предпочитает чинить наши тачки, нежели гонять на них. Но если раз в год выстрелит, то я с радостью предлагаю свою кандидатуру. И каждый раз, грозясь мне надрать зад, он видит чёрный зад моей машины.

Порой я понимаю, какие мы придурки, но почему-то от этого только веселее. Жизнь гораздо лучше, когда вокруг тебя такие же отмороженные, как и ты.

Примерно не середине фильма моя входная дверь снова открывается, с хрустом улетая в стену. И на этот раз, предполагаю, была выбита с ноги. Я вскакиваю, путаясь в пледе и едва не падая на пол. Бел с Майклом успевают меня подхватить, прежде чем это случится.

— Тук, тук.

Олби и Рик стоят с непроницаемыми лицами, в тот момент, когда моё лицо слегка в шоке.

Я почти готова выкрикнуть ему пару ласковых слов, но вовремя беру себя в руки и на выдохе произношу: