— Хватит, Рик. Дай мне попрощаться с Гарри, и я уйду с тобой. Но не надо лгать мне. Этим я сыта по горло.
*****
Спустя пятнадцать минут я всё-таки нахожу Гарри. Друзья держатся поблизости, не теряя меня из виду. Как только Джонсон видит мой разъярённый вид, довольно расплывается в улыбке.
— Так и знал, — мягко произносит он. — Рик не выдержал и рассказал первым.
— Да ты наблюдателен, я погляжу. Зачем устроил этот цирк? Выставил меня идиоткой.
— Я не враг тебе. Мне известны все тайны твоих друзей. И если ты думаешь, что только Прайсы скрывают от тебя свои гнусные секретики, то вот тебе доказательства того, что я не лгу: твой дружочек Говард Харрис лежал в психушке три года после того, как в его дом завалились грабители, изнасиловали и убили мать на его глазах. А парню всего-то было семь лет. Узнай у него сама и убедись, что Гарри Джонсон никогда не лжёт. Я всегда прямо говорю о своих намерениях и не скрываю их.
Я не могу двигаться, тело налилось железом, не позволяя пошевелиться.
Говард имел полное право не говорить об этом, и я чувствую себя виноватой, узнав секрет, который не предназначался мне.
Нет, все что происходит сплошное безумие.
Гарри кладет свои ладони мне на плечи.
Он властно оборачивает меня к импровизированной сцене, которую оградили красной лентой.
В округе начала царить суматоха.
— Смотри. — Шепчет он.
На сцене появился аукционист. Мужчина прижал микрофон к губам и произнес:
— Добро пожаловать на вечер Мэтью Джонсона и Рика Прайса.
По толпе прошлись аплодисменты.
— Которые любезно предоставили возможность пополнить свои коллекции девственных душ. К вашему вниманию хочу представить первый лот: Оливия Эванс.
Под очередной всплеск аплодисментов на сцену выходит молодая девушка. Пока мужчина рассказывает ее «характеристики» мой рот заполнятся вкусом меди. Я так сильно прикусила щеку изнутри, что оттуда хлынула кровь. Я не верила своим глазам.
Оливия становится с аукционистом. Глаза опущены вниз, пальцы неспокойно теребят края девственно белоснежного платья. Светло-русые волосы собраны в аккуратную прическу, открывая тонкую шею.
Мои губы трясутся, как и все тело. Хватаюсь за ткань своего платья, не сводя взгляда с девушки.
— Начальная цена: пять тысяч долларов.
Мое нутро болезненно скрючилось, как только «лот» подняла на меня глаза, в которых читалась мольба. Горло предательски сжалось, от собственного бессилия. Я могла лишь стоять и наблюдать за тем, как торгуются между собой люди.
Не в силах дальше смотреть, я отпускаю взгляд.
— Ты когда-нибудь слышала об Исиде? — спрашивает Гарри, склоняясь к моему уху. Его дыхание обжигает обнажённую кожу, и всё внутри сжимается в тугой узел.
Я киваю, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
— Что ты знаешь о ней? — не унимается он.
— Это нью-йоркская мафия.
— Рик Прайс, — начинает Гарри, и я понимаю, что не хочу слышать продолжение фразы. — И есть Исида.
Страх, злость и разочарование переполняют меня. Тошнота подступает к горлу. Резко поднимаю голову, встречаясь взглядом с Риком. Он не сводит с меня напряжённого взгляда, словно готов в любой момент броситься ко мне.
Это все объясняет.
— Теперь ты готова к сделке.
— Что ты приготовил для меня, Гарри? Надеюсь, мне не нужно будет собирать головы трупов, которые оставляет за собой Рик. — Я склоняю голову так, чтобы краем глаза увидеть его самодовольное лицо.
— Ты будешь доставлять товар моим покупателям. За это тебе будут платить. И если тебе хотелось бы... узнать о своих друзьях чуть больше, участвуй в уличных гонках от моего имени. Добивайся для меня власти, а взамен я расскажу тебе правду. За каждую победу я рассказываю один факт.
— Сальвадор отпустит меня, как только закончится ваш договор?
Он расплывается в улыбке.
— Не сомневался в тебе, Вивиан. Конечно, — он протягивает пиджак Майкла. Я перехватываю его и закидываю на плечи. — Когда придёт время. Но ты всегда можешь перейти к нам. Тогда договор придётся разорвать.
— Ну а если я проиграю? — мой голос дрогнул, но я постаралась сохранить хладнокровие.
Улыбка Гарри становится шире.
— Тогда у тебя будет новый статус. Ты станешь моей должницей. И я буду решать, что с тобой делать дальше.
*****
Я запрыгнула в машину брата, и моё лицо с каждой секундой становилось мрачнее.
— Что случилось? — спросил Майкл, внимательно глядя на меня.