Глава 6. Предсказания. Мечты сбываются
Снова и снова приходили на ум слова преподобного Серафима Саровского, сказанные мне сидящему на скамье у Троицкого собора Дивеева: «Если любишь, если она тебя любит, венчайся и живи до ста лет. Иногда она ершится, и тебе это не нравится. Но ты знай, что она смущением своим охраняет свою чистоту». Иногда ловил на себе долгий задумчивый взгляд Светы, как бы вопрошающий, когда же ты решишься? Опускал глаза и малодушно откладывал революционный шаг на потом.
С крупным «траншем» Руслана дел на меня навалилось — куча мала! Постоянно решал сотни задач, отдавал тысячи поручений, приходилось самому вникать в суть некоторых очень важных вопросов. С другой стороны, на память приходили и такие слова Старца Серафима: «Ты только не пугайся, ваше боголюбие, когда придут болезни, немощь, рассеянность — куда же без них! — терпи и не забывай благодарить Бога за всё».
И совсем рядом с этой парой предупреждений звучали слова Игоря из его собственного опыта: «…мой черный человек в образе лже-предтечи преследовал меня и после усекновения его башки. Да, не сам, а через других людей путем вселения в них, — но натерпелся и я, и мои близкие, по самые ноздри. И еще, в дополнение темы, вспомни слова недавно прославленного в лике святых Паисия Афонского: сейчас ад опустел, все нечистые из преисподней вырвались наружу и на земле, среди людей творят зло. Так что, молитву не оставляем ни на миг. Готовимся к любым приключениям. Ничему не удивляемся».
Все эти глаголы, то по одиночке, то в комплексе — стимулировали меня к самым важным действиям. Я молился и молчал, ожидая какой-нибудь сильной подсказки. …И она случилась!
Приехал к нам, в наш караван-сарай, в наш растревоженный муравейник — да, сам генерал. Походил по коридорам, заглянул в кабинеты, в студии, залы. Его не узнавали, мало кто знал его превосходительство в лицо, потому толкали, покрикивали, мол не крутись под ногами, а он с улыбкой поглядывал, послушивал — пока наконец на наткнулся на меня, сидящего в кресле режиссера в огромном павильоне. Не пытаясь привлечь внимание к своей особе, придвинул ко мне стул, присел, покрутил головой, громко кашлянул. Он и рта не открыл, а мне уже привиделась ближайшая перспектива: дорогая к морю со Светой за рулем, купание в теплой соленой водичке, поедание персиков, винограда, шашлик-машлик под красное домашнее вино…
— Ты правильно понял цель моего визита, — красивым баритоном проговорил он заготовленную фразу. — Я все еще отвечаю за твое здоровье! — Он поднял палец к потолку, намекая на то, перед кем отвечает. — Поэтому с завтрашнего дня с невестой собираешь вещички и… как там в песне: «Я еду к морю, еду, я еду к ласковой волне, меня счастливей нету, трам-пам-пам-пам…»
— А как же это?.. — указал я на суетящихся творцов.
— Ребятки пусть резвятся дальше, без тебя. А нашему Александру Константиновичу, — хлопнул меня по колену жесткой ладонью, — пора отдохнуть, а заодно утвердить свой статус серьезного семейного мужчины. — Генерал улыбнулся и напомнил: — И напоминаю то, о чем ты наверняка поспешил забыть — стране нужны воины из числа «золотого генетического фонда».
— Тоже мне, нашли «генетическое золото»!.. — Провел пальцами по венам на левой руке. Почему-то именно там видел свою генетику.
— Кончай ворчать, — мягко сказал самый большой начальник. — Изволь выполнять приказ!
— Слушаюсь и повинуюсь, — прогудел я, шутливо склонив главу, рискуя получить подзатыльник.
…И вот мы едем. И что характерно, именно на юг. Светка сияла, как начищенный латунный тазик для малинового варенья, я же продолжал ворчать, исключительно для того, чтобы подчеркнуть важность момента. Где-то за нами плетутся на минивэне Игорь с Аней — эти не спешат, сразу после кольцевой настроились на отпуск, отстали метров на двести, укрывшись за отчаянно пыхтящими грузовиками. Игорь грозился засадить меня за редактуру сценария «Ностальгии», прихватив кипу исписанной, исчерканной бумаги. Я решил упираться до последнего. Все-таки редакторская работа — тоже работа, а у нас отдых. Да еще с мощным довеском в виде «пополнения золотого генетического фонда» свежим воинским контингентом, или наоборот, ну как-то так.
— Должна тебе признаться, Александр Константинович, — сказала Света уже не в первый раз, — мне с тобой всегда на удивление спокойно.
— Спокойно, как с дремлющим старичком, — пытался я уточнить, — или как с профессиональным танцором танго, который не уронит тебя вытворяя опасное па с поворотом на жестком паркетном полу? Знаешь, когда партнер бросает даму через колено, под треск позвоночника и швов дорогущего платья.