-Леди я требую с вас магического слова, что вы не идёте к моему врагу. В качестве извинения за свой проступок могу предсказать вам, что мой сосед вам обрадуется, но участь ваша у него не будет радостной.
-Не надейтесь, что я слаба лорд Аурель, - усмехнулась землянка, видя, как за лордом мотает головой Нарие. - Никаких обещаний вы от меня не услышите. Могу только сказать, что не планирую идти к Грассу.
Алёна позволила себе развести руки и слегка направить дар в ладошки. Лорд должен был заметить, что пальцы её искрят.
Владетель заметил показной жест, но оценил больше не золотое свечение вернувшегося дара, который он не уважал, а накатившую на него жуть. Ему потребовалось усилие, чтобы не согнуться, не забиться в угол. Он не ожидал, что целительница может не только лечить, но и ужасать. Из последних сил держа лицо, он выдавил из себя:
-Прощайте леди Одинцова.
-Прощайте лорд Аурель.
Землянка развернулась и почти бегом бросилась вон. Видеть разочарованного Бора было выше её сил. Она о нём не сказала ни слова. Но разве должна? Аурель не отпустит его, да даже если бы отпустил, имеет ли она право тащить за собой мужчину, у которого двое маленьких сыновей?
Алёна сбегала по ступенькам, вытирая слёзы. Накатило вдруг, за Бора, за неё саму уходящую в неизвестность, за Хора и Вара. Что ж ей всё никак не устроиться в этом мире? Нет ей нигде места.
Выскочила в кухонную залу, отвесила уставившимся на неё людям прощальный поклон.
-Не поминайте лихом, - обратилась ко всем разом и сразу ушла.
За дверью Нарие шепнул ей на ухо:
-Иди по тропке, никто тебя не увидит на ней.
Женщина не сомневаясь ни единого мига пошла по дорожке, которая следом за ней исчезала. Реф с Дэлем сорвавшиеся следом и тащившие ворох необходимых вещей уже не увидели куда ступать и, покрутившись, вынуждены были вернуться.
Идти целительнице пришлось недолго. Как в тумане прошагала мимо окруживших дом соседских воинов, одним махом промчались поля, промелькнули деревца знакомого леса. Остановилась на полянке, окруженной кустарниками.
- Вот здесь поживёшь пока, - важно произнёс, обозначившийся рядом Нарие.
Не успела Алена ничего ответить, как в центре поляны начал расти холм. Сначала пологий, потом поднабрался сил и резко вытянулся вверх. Засуетился знакомый леший, оббежал возвышенность вокруг, в холме образовались овальные дыры. Землянка с нетерпением смотрела, что будет дальше. Такое явное колдовство ей не надоедало и вызывало восхищение. Она так же с неутихающим восторгом смотрела, когда колдовала Верна, теперь чудо творил для неё маленький народец. Она покосилась на Нарие, помня о его предупреждении, что за всё надо платить. Дед стоял спокойно, одобрительно кивая.
Из центрального проёма мелькнул знакомый домовой со старшими детьми и овалы стали ровнее, а затем прямо на глазах приобрели окантовку. Пока Алёна следила за дверью, малые овалы засверкали окнами.
"Интересно, из каких запасов Ауреля стащили? Может, прямо из окон вынули? Все одно много побито, так пустой рамой больше, меньше...", позлорадствовала женщина.
-Пускай доделывают, а мне тебя ещё научить надобно, - подал знак дед следовать за ним.
Землянка, нехотя отрывая взгляд от кипучей работы, ушла к краю поляны и увидела малышку ручейка. Она подросла, скоро совсем девушкой смотреться будет. Девчушка поклонилась ей и замерла.
-Вот, избаловали пигалицу, она раньше времени волшебную воду из земли вытащила, - проворчал дед.
-Живая вода, - ахнула женщина.
-Нет, говорю же, раньше времени, - погрозил кулаком малышке, - но чрезвычайно целебная водичка. Только сила её ограничена. Использовать её можно будет здесь или до темноты, куда бы ни унесли её. Слабенькая ещё. Магический фон повсюду нестабилен, разрушает структуру. Но учёт уже нужон. Источнику требуется хозяин. Каждому показываться он не может, а пользу приносит должен, а то захиреет. Вот ты и будешь приглядывать за ним.
-Можно точнее, что за пригляд? - растерялась Алёна.
-Камешками выложи, ручеек покажет, как лучше сделать. Запас себе набери, только помни, вынесешь с поляны, как стемнеет, то волшебство разрушится. Сама без особой надобности не пей.
-Почему? Повредит?
-Сначала болячки свои подлечишь, может, юницей станешь, а дальше не заметишь, как подсядешь, да дурой радостной бегать будешь. Всё тебе покажется смешливым, добрым, милым. В общем, долго не проживёшь.