Искания

Вот наш алмазный фонд.
Тут лучшее, что есть из лакриматоров.
Лучистые и скорбные,
как будто их по сыновьям
выплакивали матери.

Вот бриллиант –
от блеска коего заплакал целый полк.
Он вызвал слезы
даже у военных судей!
Да, наш хлорацетофенон
вызывает такие алмазы –
слезы хочется лить!

Вот коллекция наших колец!
о, прекрасные перстни
дают нарывные ОВ.
Вот опал и отек.
Розоватый топаз и некроз.
Самоцветный ожог
лазурит луизита.
Нежно-синий по темным губам
цианозного рта…

Вы б хотели слегка потоксичней?
В сырых испарениях рек дифосгена,
в кирпичных ущелиях Фарбениндустри –
мы находим зеленовато-серозный нефрит…
Как сияют сокровища
лазаретных вскрытий!
Веки глаз отечны
и склеены вязким, густым отделяемым.

Если мало коллекций этой –
сотни тысяч искателей
бросятся в душный фосген.
Сотни тысяч гранильщиков кинутся
к россыпям бромбензилцианида.
Раны в оправах суставов,
ожоги в отделке волос!

О, война!
Мы дали толчок развитию мод,
в Абиссинии и то –
носят наши модели до самой смерти!

Может,
вам кажется –
моды
быстро бегут?
Наша
фирма
имеет одно нувоте…
Нечто особое,
нечто изысканное,
нечто такое,
что хочется хитрому химику Хлоху
холить,
ухаживать,
хохотать над хирургами, ахать:

– Ах, когда хаки пехоты
хмурого газа вдохнут,
и курносые бравые парни
  (так громче музыка)
с дешевыми липкими харями масок
  (играй победу)
выхаркнут хлипкие легкие
  (мы победили),
рассыплются всеми сосудами,
альвеолами, бронхами, клетками
  (враг не бежит, а лежит) –
грудой гниющих шинелей,
хрипя, задыхаясь в хлорном хапахе хмерти…