Выбрать главу
Это с факелом, это с лентой и с гитарою для канцон, и спиральный,       и турбулентный в хромосфере встает танцор.
Из-под гранул оркестр как бацнет! Взрыв за взрывом, за свистом свист: – These is protuberances dancing! – Длинноногих танцоров твист.
– Questo danza dei protuberanze! – Это пляшут под звездный хор арлекины и оборванцы с трио газовых Терпсихор.
И затмения диск – с короной, в граммофонном антракте дня, где летим в пустоту с наклона – мы с тобой –       два клочка огня!

Перед затмением

Уже я вижу     времени конец, начало бесконечного забвенья, но я хочу     сквозь черный диск затменья опять увидеть солнечный венец.
В последний раз      хочу я облететь моей любви тускнеющее солнце и обогреть      свои дубы и сосны в болезненной и слабой теплоте.
В последний раз     хочу я повернуть свои Сахары и свои Сибири к тебе    и выкупать в сияющем сапфире свой одинокий, свой прощальный путь.
Спокойного     не ведал Солнца я ни в ледниковые века, ни позже. Нет!    В волдырях,        в ожогах,          в сползшей коже жил эту жизнь, летя вокруг тебя.
Так выгреби     из своего ядра весь водород,     и докажи свой гений, и преврати его      в горящий гелий, и начинай меня сжигать с утра!
Дожги меня!    Я рад такой судьбе. И пусть! И пусть я догорю на спуске, рассыпавшись,      как метеорит тунгусский, пылинки не оставив о себе.

Новаторство

Что такое    новаторство? Это, кажется мне, на бумаге     на ватманской – мысль о завтрашнем дне.
А стихи,     или здание, или в космос окно, или новое знание – это, в целом,       одно.
В черновом      чертеже ли или в бое кувалд – это   опережений нарастающий вал.
Это дело суровое, руки   рвутся к труду, чтоб от старого        новое отделять, как руду!
Да, я знаю –      новаторство не каскад новостей, – без претензий       на авторство, без тщеславных страстей –
это доводы       строит мысль резца и пера, что людей      не устроит день, погасший вчера!
Не устанет трудиться и искать     человек то,   что нашей традицией назовут    через век.

Сказание про царя Макса-Емельяна

(1962–1964)

Сказание про царя Макса-Емельяна, бесплодных цариц, жену его Настю, двести тысяч царей – его сыновей, графа Агриппа, пустынника Власа, воина Анику, царевну Алену, Мастера-На-Все-Руки и прочих лиц из былых небылиц

Сочинил Симеон, сын Хрисанфов
Сказ первый

Начинаю сей сказ, грешный аз.

В некотором царстве, нектаром текущем государстве, на самом краю света, в лето не то в это, не то в то, в некогда сущем Онтоне-граде, при свите, при полном параде жил царь.