Оказавшись на нужной высоте, как раз на уровне моего пояса, она нагнулась, задрав короткую юбочку и открыв моему взору белые кружевные трусики с вышитым цветком лютика. Я сам подарил ей этот комплект на прошлой неделе.
Она прикусила губу и, глядя на меня через плечо, медленно стянула трусики вниз.
У меня встал мгновенно, штаны стали тесными до боли. Не теряя времени, я растегнул ремень и спустил штаны.
Люта тихо охнула, увидев его. Сколько раз мы уже были вместе, а она всё равно смотрела так, будто увидела его впервые.
Подойдя сзади, я провёл между её нежных складок, горячих и скользких от желания. Мышка извивалась передо мной, тихонько поскуливая от нетерпения. Я обхватил её узкие бёдра и начал медленно входить.
— И-и-и-и! — пискнула Люта.
Она была невероятно узкой. Приходилось двигаться медленно, давая ей привыкнуть.
— Как ты? — спросил я, остановившись.
— П-п-потрясающе! — выдохнула она, вцепившись руками в грубую мешковину. — Мне так хорошо, не останавливайтесь, господин!
Она дрожала. Я медленно продвигался глубже, наслаждаясь каждым миллиметром. Рукой гладил её бёдра. Круглые ушки Люты подрагивали от удовольствия в такт моим движениям.
Наконец я вошёл примерно на две трети, дальше пока не получалось, но и этого хватало. Люта взвизгнула особенно громко, когда головка уперлась в самую глубину.
— Я должна платить вам за это! — пропыхтела она между стонами. Потом смущённо глянула через плечо: — Хотя я… Эм-м…
Я рассмеялся. Просунув руку под её корсаж, нашёл маленькую грудь и крошечные твёрдые соски.
— Не волнуйся, — сказал я, медленно выходя из неё. — Я очень доволен тобой и как любовницей, и как поваром.
Она радостно пискнула и попыталась сама насадиться обратно, но в её позиции это было сложно, ноги не доставали до пола.
— Тогда, пожалуйста, наслаждайтесь мной, господин! Я вся ваша!
О, я наслаждался. Ещё как наслаждался!
Руки скользили по её стройному телу, пока я медленно наращивал темп.
Нащупал пальцем её бусину, едва коснулся её, как Люта выгнулась дугой, что я едва не кончил.
Плюнув на всё, я двигался всё быстрее, наслаждаясь каждым движением, каждым её стоном. Странно, но я привязался к этой робкой мышке сильнее, чем ожидал.
Мы двигались в едином ритме несколько минут. Люту сотрясал оргазм за оргазмом. С пятым я не выдержал. Вжался в её бёдра, в последний раз погрузился на максимальную глубину и взорвался вулканом. Волны наслаждения накатывали одна за другой, пока наполнял её своим семенем.
Оргазм оказался таким мощным, что я на мгновение прижался к ней всем телом, чувствуя, как мышка дрожит в последних судорогах экстаза, потом медленно вышел.
Аккуратно снял её с мешков и поставил на пол. Люта покачнулась, ноги ещё дрожали, но устояла.
Она посмотрела на мои промокшие штаны и залилась румянцем.
— П-простите за беспорядок, господин Артём! Я такая… Такая мокрая!
— Принеси ведро воды и позови Зару, — попросил её. — Она поможет нам привести всё в порядок.
Мышка закивала и выскользнула за дверь, придерживая юбку. Вернулась через пару минут с ведром в одной руке и моей женой.
Зара оценила ситуацию одним взглядом и расхохоталась.
— Так вот куда ты пропал! — она подмигнула мне. — Никак не можешь отлипнуть от Люты, да?
Мышка смущённо заёрзала, опустив глаза.
— П-простите, госпожа Зара! Это я его пригласила… отпраздновать…
Моя маленькая гоблинша потянулась и нежно погладила мышку по бархатным ушкам, та довольно прижмурилась, почти замурлыкала.
— Да я шучу, милая, — Зара выпрямилась, руки засветились знакомым светом. — Давайте-ка приведём вас в порядок, пока Лили не хватилась.
Через несколько минут мы втроём вернулись в общий зал. Менестрель как раз допевал финальные куплеты своей эпической баллады. Судя по воодушевлённым лицам слушателей, я пропустил что-то особенно героическое. Ну и ладно.
Штаны всё ещё казались слегка влажными. Магия Зары творила чудеса, но против такого количества… жидкостей даже она не всесильна. Я решил проблему просто: усадил хихикающую гоблиншу к себе на колени и крепко прижал. Пусть думают, что мы просто обнимаемся.
Следующие часы пролетели как один миг. Мы сидели с друзьями и семьёй, травили байки, смеялись шуткам Илина — монах, оказывается, знал пару очень неприличных анекдотов, и просто наслаждались обществом друг друга. Никаких монстров, никаких угроз, никакой беготни с луком наперевес. Просто обычный вечер в таверне.