Я смотрел ей вслед, но тревога не отпускала. Хорвальд, заметив моё состояние, успокаивающе положил руку мне на плечо.
— Эрианна сейчас начнёт сканировать окрестности на предмет оставшихся гнёзд Изгоев и пленных, заодно присмотрит за ними. Если возникнет реальная угроза, я открою порталм куда нужно.
Я с облегчением выдохнул.
— Спасибо, — благодарно кивнул Эрианне.
Она лишь улыбнулась и похлопала меня по руке, после чего устроилась поудобнее и погрузилась в медитацию, начав своё магическое сканирование.
Я оставил Хорвальда с Эрианной и отправился организовывать своих новобранцев из Тераны. Первым делом решил раскопать тот туннель, который обрушил, ведь там остался мой легендарный сундук, и бросать его я не собирался. Заодно нужно обыскать тела элитных пауков, которых там похоронило заживо, и передать всю добычу Хорвальду для учёта. Затем поставил своих людей на охрану выходов из туннелей, чтобы никто не растащил трофеи.
Изгои Балора, может, и были кончеными ублюдками, но в хозяйственности им не откажешь. За время своих набегов они накопили горы припасов и добычи, и всё это хранилось в идеальном порядке, ничего не сгнило и не проржавело. У них даже нашлись высокоуровневые алхимики, которые снабжали элиту неплохим запасом зелий и ядов. Рабы обрабатывали огромные поля и сады, пасли скот. Никто из них, конечно, не хотел здесь оставаться, но лорды Бастиона решили, что нужно прислать сюда людей, чтобы собрать урожай; это хоть как-то поможет справиться с продовольственным кризисом в регионе.
К чести тех, кто участвовал в битве, почти все, даже наёмники Джинда, отказались от своей доли добычи в пользу освобождённых рабов. Хорвальд взял на себя справедливое распределение и помощь пострадавшим в возвращении домой. Работы ему предстояло немерено.
Единственное, что воины оставили себе — снаряжение, снятое с врагов и найденное в туннелях. Лорды Бастиона организовали что-то вроде лотереи, и каждый, кому подходил предмет по уровню, мог принять в ней участие. Так как уровень у всех был разный, то и конкуренция за шмотки высокого уровня оказалась меньше, и в итоге почти никто не ушёл с пустыми руками.
Мне достался исключительный капюшон на ловкость и скорость, который приблизил меня по статам к Лили и ещё сильнее разогнал мой и без того безумный урон. Лили получила плащ на защиту и выносливость, которые у неё всегда шли в приоритете, ведь её характеристики составляли лишь 75 % от основного класса. Остальные ребята из моей группы тоже неплохо приоделись.
Что касается снаряжения совсем уж запредельного уровня, которое никто из нас не мог использовать, Джинд раздал его отличившимся офицерам и лордам. Мне перепали поножи 61-го уровня исключительного качества с доспеха самого Балора. Статы на выносливость, ловкость и телосложение поражали воображение, но, чёрт возьми, сама мысль, что эту вещь носил мерзкий паук, вызывала тошноту. Я решил, что когда-нибудь, через много лет, когда смогу их надеть, сначала прокипячу их пару часов, а потом раз десять использую на них Очищение. Я заставил Карину дважды прочитать над ними заклинание, прежде чем прикоснуться к ним, и всё равно постарался как можно быстрее запихнуть их в рюкзак. Гадкое чувство не отпускало ещё полчаса.
Илин получил редкий тканевый доспех 58-го уровня, но тут же от него отказался.
— Не думаю, что когда-нибудь докачаюсь до такого, — сказал он. — Отдай кому-нибудь другому или продай, а деньги пусти на помощь пленным.
Хорвальд, подумав, забрал доспех себе.
— Повышенная живучесть мне не повредит, — сказал он, принимая вещь.
За то, что он возглавил моих людей, а также за его героическую жертву Владису вручили исключительный меч 54-го уровня.
— Давать мне двуручное оружие, когда у меня одна рука, это, конечно, ирония, — усмехнулся он, принимая клинок. Увидев наши растерянные взгляды, он рассмеялся. — Да расслабьтесь вы, с нашими темпами прокачки Юлиан или Карина вмиг мне новую отрастят, а пока я могу наслаждаться тем, как Стеллария носится с моей культёй.
— Куда ты теперь без меня, — подтвердила она, нежно целуя обрубок руки своего возлюбленного. Но, несмотря на шутки, в её глазах, да и в его тоже, чувствовалось напряжение.
Что касается судьбы Виктора Ланского и его убийц, то этим, похоже, никто особо не интересовался. Прошёл слух, что ассасины переметнулись на сторону врага, и Истребители просто устранили угрозу. Никто этот слух оспаривать не стал. Ланского не любили, а убийц и подавно.
День тянулся мучительно долго. Хаос первых часов постепенно сменился организованной суетой. Пленников переместили во временный лагерь подальше от этого проклятого места, добычу отсортировали, затем лагерь начали сносить. Тела врагов свалили в разграбленные туннели и обрушили входы, создав братскую могилу для Балора и его приспешников.