— По нашим законам это сделать сложно, — вздохнула баронесса. — Гномы веками нарушали установленные правила и ловко научились их обходить где только можно.
— Если хотите моего совета — переходите в тотальное наступление, — неожиданно твёрдо сказала Сафира. Все уставились на неё. — Нападайте на их родственников, друзей, соседей, на всех, кого сможете хоть как-то притянуть к этому делу. Да что там — обвиняйте гномов как расу в целом!
— Чем это поможет? — недоверчиво спросила Белла. — Это же несправедливо!
— Может, моё предложение и кажется неразумным, — согласилась кошкодевушка, — но, судя по тому, что я знаю от Ярлин и других гномов в моей прошлой компании, что именно так они и мыслят. Это их логика. Подумайте сами, если мы пойдём только против этих конкретных гномов из Гадорских разработок, остальные гномы разозлятся на нас и встанут на их защиту из клановой солидарности. Но если мы пойдём против всей их расы, они придут в ярость на этих ребят уже за то, что те навлекли на всех них такие беды, и сами же их нам сдадут.
— Это самая идиотская логика, которую я когда-либо слышала! — отрезала Белла.
— Может и так, но для них единственно верная, — решительно выпрямилась Сафира. — Так что смело валите всё целиком на расу на гномов, обвините их по полной программе, устройте скандал при Джинде Алоре, лорде Хорвальде и всех, до кого сможете дотянуться. Пусть молот правосудия обрушится на каждого гнома в Бастионе! — она решительно скрестила руки. — А потом передайте им пленников и потребуйте, чтобы они сами их наказали. У гномов, может, и запутанные понятия о чести, но уж за то, за что они цепляются, они держатся невероятно крепко. Им очень не понравится, что эти ублюдки размазали их репутацию по грязи.
Марона поджала губы, обдумывая услышанное.
— Значит, если мы накажем их сами, то получим вендетту, а вынудим их друзей самих разобраться со своими, те всё сделают за нас?
— Именно так, — заверила её Сафира. — Конечно, они, скорее всего, будут до последнего отрицать свою причастность, даже если сами же и заказали это нападение, но это лучший способ, какой можно придумать в таких обстоятельствах.
— И вдобавок отдать им Твердыню Гурзана? — спросил я, всё ещё пытаясь переварить эту извращённую логику.
Сафира рассмеялась.
— О, нет, теперь уж чёрта с два! Гномы нанесли тебе самое гнусное оскорбление, напав на твою семью, пока ты был на войне, и ты должен твёрдо заявить о своих правах на это место. Поклянись перед всеми, что ни один гном не ступит сюда, пока живы ты и твоя семья, а затем потребуй за Твердыню Гурзана совершенно баснословную плату.
Марона выглядела ошарашенной.
— И они согласятся?
Кошкодевушка пожала плечами.
— Они тебя возненавидят, что уже, вообще-то, сделано. Пора занять максимально враждебную позицию и предоставить им делать следующий ход. Отношения с гномами — это как драка в таверне: либо ты пытаешься вести себя прилично и получаешь бутылкой по голове, либо бьёшь первым, пока они только пытаются встать, и приказываешь сидеть смирно, — она поморщилась, глядя на поле боя. — Кстати, нам понадобится тот сундук, что ты достал в эльфийском лесу.
Я даже не стал спрашивать, зачем.
Марона решительно выпрямилась, принимая командование.
— Хорвальд Валаринс откроет новый портал через неделю, а пока предлагаю заставить этих гномов чинить то, что они сломали. Пусть помогают восстанавливать Терану и поместье Мирид.
Лили неловко кашлянула, глядя на меня, и я напрягся; пришло время для плохих новостей.
— Не уверен, что мы начнём восстанавливать Мирид, — признался я. — На самом деле, возможно, нам придётся вернуть тебе эти земли, Марона.
— Что⁈ — вскрикнула Зара в отчаянии. Белла издала жалобный звук и вцепилась в мою руку, крепко сжав её в немом вопросе. — Когда мы это решили?
Я поморщился.
— Нам нужно собрать семью и всё обсудить. Теперь, когда с гномами разобрались, я хочу проводить с вами как можно больше времени. Но, если вкратце… меня сделали бароном провинции Кордери.
В воздухе повисла тишина. А потом…
— Правда⁈ — взвизгнула Белла, и её хвост бешено завилял, выдавая восторг.
Зара тут же обвила мою талию, её жёлтые глаза сияли гордостью.
— Ты, должно быть, совершил что-то невероятно героическое, чтобы заслужить такую честь! — сказала она, прижимаясь щекой к моему животу.
— Тебе дали самую большую провинцию в Северо-Восточных Марках? — Марона выглядела ошеломлённой. — Эту историю я точно должна услышать, — но тут её лицо вытянулось. — Хотя… это же на другом конце региона, так далеко от меня и… от малыша.