Она выглядела уставшей, но лицо сияло каким-то неземным светом. Видимо, ей уже дали время прийти в себя и даже успели расчесать мягкие, как свежевыпавший снег, волосы.
И всё это, пока я дрых! Вот же балда!
Одним прыжком подскочив к кровати, наклонился, чтобы обнять и поцеловать жену, а затем с благоговением уставился на свою новорождённую дочь.
— Велисса? — прошептал я имя, которое мы для неё выбрали.
— Велисса из рода Серебряных Листьев, — радостно подтвердила она. — Дар богини!
Девочка унаследовала эльфийскую красоту своей матери: бледно-серая, почти перламутровая кожа и пушистые чёрные прядки волос, сияющие даже в свете ламп. Малышка сонно моргнула, и я утонул в её огромных ослепительно-розовых глазах. Маленькое личико было само совершенство.
Жена передала мне Велиссу, и я осторожно принял её на руки, прижав к груди.
— Она такая красивая! — только и смог выдохнуть я.
— Конечно! — довольно рассмеялась Лейланна. — Посмотри на её родителей.
Она взяла меня за локоть и усадила рядом с собой на кровать. Мы сидели, прижавшись друг к другу, и не могли налюбоваться на наше маленькое чудо. Вокруг собрались остальные жёны, их счастливые голоса наполнили комнату.
Моя семья увеличивалась с безумной быстротой. Два ребёнка за три дня! Я чувствовал, как мой мир расширяется, а вместе с ним растёт и груз ответственности на плечах. Пьянящее, но в то же время отрезвляющее чувство: радость и долг, переплетённые воедино.
Глава 25
Я опёрся о перила «вороньего гнезда», глядя на распластавшуюся на горизонте зловещую местность. Легендарный Затерянный континент! Даже оттуда, за несколько километров, от него веяло чем-то неправильным. Воздух нёс смрад гнили и серы, а земля, отравленная ещё тысячелетия тому назад, казалась мёртвой. Моё Орлиное зрение выхватывало шевелящиеся на берегу кошмарные силуэты: крыс размером с волкодава, каких-то зловещего вида гигантов и, кажется, мамонтов. В воде мелькали тени кракенов.
Спрыгнув с двадцатиметровой высоты на палубу, глухо крякнул, амортизируя удар согнутыми в коленях ногами. Внизу ждали жёны.
Время обошлось в ними безжалостно: когда-то медные волосы Ирен стали молочно-белыми, могучая Кору ссутулилась, её алая кожа поблёкла, хвост русалки Триселлы выцвел. Все они, мои верные подруги, увядали. А Лютик… Моя маленькая мышка сгорбилась, тяжело опираясь на трость. Её век короче, чем у других, и она неумолимо приближалась к закату. Я переживу их всех. Дар долголетия от Мии стал для меня проклятием, и мысль о жизни без любимых отдавалась в груди острой болью.
Лишь Лили выглядела такой же юной, как в день нашей встречи, но я знал, это лишь иллюзия. Её раса просто дольше сохраняла внешнюю молодость, и скоро её срок тоже подойдёт к концу.
— Затерянный континент и вправду жуткое место, — сказал я, отгоняя меланхолию.
— Зато двойной опыт! — азартно блеснули глаза Лили. — А для рейда восьмикратный!
— Восьмёрка! — расхохоталась Кору. — Мужик, ты и с теми девчонками-кальмарами неплохо «восьмёрку» провернул!
Я лишь усмехнулся, вспомнив мягкие тела и настойчивые щупальца Аннасии.
И тут в углу зрения всплыло синее окошко.
Предложено задание: Станьте легендой и достигните 90-го уровня, уничтожив монстра 100-го уровня.
Я хмыкнул. Девяностый уровень! На это уйдёт ещё лет семьдесят.
— Я подарила тебе долголетие, — раздался рядом тихий голос Мии.
Долголетие… Зачем оно мне?
А вдруг среди будущих навыков найдётся что-то, способное обратить процесс старения любимых вспять? Мысль заставила сердце биться чаще.
— Хватит болтать! — решительно заявила Триселла, сбрасывая платье. — Посмотрим на этих чудищ вблизи!
С громким всплеском она исчезла в воде, я нырнул следом. Она удерживала меня под водой, пока активировал Амфибию. Пятнадцать секунд агонии, точного ощущения утопления, пока лёгкие не наполнились водой и я не смог дышать.
Мы поплыли к берегу. И тут дельфины, кружившие рядом, тревожно взвизгнули и рванули прочь, из глубин выплывала колоссальная фигура.
Кракен. Уровень 87
А за ним ещё одна, темнее и больше, источающая волны скверны.
Осквернённый Кит. Уровень 93
Сердце стучало в висках, но мозг уже анализировал. Девяносто третий уровень — верная смерть. Восемьдесят седьмой — сложно, но выполнимо для рейда, если вытягивать монстров по одному. Я уже собирался дать Триселле знак возвращаться, как вдруг мой взгляд зацепился за блеск на границе видимости.