Остальные девушки одобрительно загудели. Я обвёл взглядом их усталые, но полные надежды лица. Они заслужили отдых, да и я, честно говоря, не отказался бы сменить доспех на камзол и просто выпить вина, не терзаясь ожиданием, что в спину прилетит стрела.
— Ладно, — кивнул я. — Уговорили! Но выбираем только лучшие приёмы, нечего тратить время на всякий мусор.
— Согласна, — кивнула Ирен. — И ещё, Артём. Титулы. Тебе начнут предлагать их пачками. Бастион — старый регион, тут любят громкие звания. Бери те, что дают реальную власть или престиж, но посылай к чёрту всё, что требует сидения на церемониях по пять часов в день.
Я хмыкнул. Престиж — это валюта, в валюта вещь никогда не лишняя.
Зевнув так, что челюсть хрустнула, поцеловал Ирен в шею, вдыхая её запах.
— Разберёмся на месте.
Подхватив Ирен на руки, я встал. Вода с шумом стекла с нас. Жена пискнула, но тут же обхватила меня ногами за талию.
— Всё, дамы, — скомандовал я, направляясь к выходу. — Совещание окончено, всем спать! Завтра тяжёлый день.
Глава 5
Сборы в Тверд шли полным ходом, напоминая подготовку к затяжной командировке, помноженную на хаос средневековой логистики. Но даже в этой суматохе я выкроил время, чтобы проверить, как работают мои деньги, а точнее, вложения в будущее провинции.
«Мастерская изобретателей» — звучало громко, почти как «Сколково», только с реальным выхлопом и без распила бюджета.
Конечно, большинство моих идей из прошлой жизни здесь бы просто не взлетели; либо физика мира дала бы сбой, либо местные боги, следящие за балансом, надавали бы по рукам за попытку собрать ядерный реактор в сарае, но простые, приземлённые вещи… О, они работали и приносили золото! Много золота.
Меня часто спрашивали, иногда с завистью, иногда с подозрением, как мне удалось так быстро сколотить состояние, ведь Бастион только оправлялся от войны, а я вместо того, чтобы драть с крестьян три шкуры, снизил налоги до минимума.
Ответ был прост, как автомат Калашникова, но для местных лордов он казался высшей математикой. Конечно, львиную долю дала военная добыча, но трофеи имеют неприятное свойство заканчиваться, а вот грамотно настроенная экономическая система может кормить практически вечно. Мои шахты, каменоломни, лесопилки и рудники работали как часы, но свою лепту вносили и малые предприятия. И пусть по отдельности они давали крохи, в целом получалась приличная сумма.
Но главный секрет был в другом: я давал людям зарабатывать.
— Прилив поднимает все лодки, — пробормотал себе под нос, вспоминая старую земную мудрость.
Я медленно тащил вверх уровень жизни населения, вкладывая всё лишнее золото обратно в дело: в водопровод, за который брал копеечную плату, в транспортную сеть порталов, которую Кору запускала раз в неделю, связывая нас с Твердом и Тераной, в театр, который хоть и работал пока в убыток, но давал людям зрелища и ощущение нормальной жизни.
И вот теперь мы с Лили стояли посреди новенькой мастерской. Запах свежей стружки и смазки бил в нос, щекоча ароматом, который любому мужику приятнее дорогих духов. Лили светилась от восторга. Её хлебом не корми, дай покопаться в чертежах или послушать про космос и океанские глубины.
Мастер Раймо, местный кулибин, встретил нас с поклоном.
— Милорд Артём, леди Лили, — он жестом обвёл пространство, заставленное верстаками. — Мы отобрали кандидатов, как вы и просили: только молодые, с горящими глазами.
Я кивнул. Мой критерий был жестким: никого старше двадцати пяти. Старики, конечно, люди опытные, но их мозги уже заржавели в рамках традиций, а мне нужны те, кто ещё не знал, что «так нельзя», и потому сделает невозможное.
Мы начали собеседование. Большинство идей, честно говоря, казались бредовыми: вечные двигатели на воде, крылья из перьев курицы, но ведь главное — искра.
А потом я заметил её.
В углу, стараясь слиться со стеной, сидела девушка, невзрачная, в мешковатом платье, скрывающем фигуру, с копной непослушных кудрей. Типичная «серая мышка», каких в моём мире можно встретить в любой университетской библиотеке на физмате.
Когда же она заговорила о гравитации, предлагая альтернативы водяным колёсам, я понял, это алмаз! Неогранённый, но настоящий.
Заинтересовавшись её предложением, объяснил ей принцип падения тел в вакууме. Старые мастера просто посмеялись бы, но она слушала, открыв рот.
А как смотрела!
Девушка во все глаза уставилась на меня, нервно накручивая локон на палец, и едва заметно ёрзая, словно ей не сиделось на месте. Или дело было не в стуле? Я перехватил её взгляд, смесь интеллектуального голода и вполне земного интереса, и улыбнулся.